По остывшим следам

Вот и Кобеко принц обвинил в нераспорядительности по отношению к пленным туркам. Видимо, в той суматохе смоленскому губернатору было не до них… В результате Дмитрия Дмитриевича уволили с должности по состоянию здоровья, чтобы не лишать пенсии. Через две недели после грубой отставки Кобеко скончался от воспаления легких. Ездил в Петербург спасать свое доброе имя, в дороге простудился и умер.

Виктор Платонович Васильев – боевик по кличке Янычар – бежал из России за границу. В 1914 году он был арестован в Швейцарии по запросу нашей полиции и возвращен на родину. Получил тот срок, что давным-давно назначил ему суд (десять лет каторжных работ), и сгинул в Сибири.

Другой Васильев, Алексей Иванович, ушел в отставку с должности казанского полицмейстера 13 февраля 1914 года. На нервной полицейской службе он заработал себе тяжелую болезнь – грудную жабу. Дальнейшие следы этого достойного человека теряются.

Всеволод Всеволодович Лукницкий погиб в 1917 году при трагических обстоятельствах. 14 августа вообще стало черным днем в истории Казани. На железнодорожной станции Пороховая сложили в штабель два вагона французских фугасных снарядов. Рядом поместили селитру в мягкой таре. И поставили часового из запасных… К тому времени Милюков с Керенским уже полностью разложили армию. Дисциплина упала, солдаты не подчинялись офицерам, шло массовое дезертирство. Идиот часовой закурил на посту – возле снарядов и селитры! А затем бросил окурок в сухую траву. Та загорелась, и огонь стал быстро продвигаться к снарядам. Виновник сбежал, а сторожиха Красильникова в одиночку пыталась тушить пожар. Храброй женщине не удалось предотвратить трагедию. Раздался взрыв, осколки от фугасов полетели на пороховой завод и на расположенный рядом склад артиллерийских снарядов. Началось светопреставление, которое длилось четыре дня. Были уничтожены около миллиона снарядов, огромные запасы нефти, мазута и пороха. Старая часть завода оказалась разрушена, производство продолжили потом в новых корпусах, выстроенных к войне. Казань охватила паника, многие бежали из города. 20 человек погибли, 172 получили ранения. 152 здания превратилось в руины.

Среди погибших был и Лукницкий. В момент первого взрыва генерал обедал у себя дома. Вместо того чтобы спасаться бегством, старик ринулся на завод, чтобы лично организовать эвакуацию людей. И погиб. Взрывом ему оторвало руку, и он умер в госпитале от потери крови. Есть легенда, что тяжелораненый генерал успел открыть дренажную систему и затопил склады взрывоопасных веществ. Чем спас завод и город от еще больших бед. Историки подвергают это сомнению. Действительно, никакой дренажной системы на пороховом заводе попросту не существовало.