По осколкам

Прибыль идет. Зачем нам так сильно урезать себя в доходе? Если мы отдадим эту львиную долю, наши доходы сравняются с персоналом!

— Сейчас, да, а через полгода, они будут в три раза больше.

— Жанну не увольняй.

— Почему?

— Мм… у нее некоторые финансовые обязательство передо мной. Она взяла большой аванс. Пусть отработает.

— Перед тобой или перед нами? Ты из общих денег ей в долг дал?

Костя морщится.

— Это имеет значение?

— Если это не ваша личная история, то впредь, я бы хотел принимать участие в таких решениях.

— Хорошо, — недовольно хмурится он. — Может погодим с развитием? Отложим на некоторый срок?

— Нет. Потерпим полгода. Кредиты платим исправно, а свои бабки вкладываем.

— Полгода… А если мне сейчас деньги нужны?

— Это бизнес, Костя. Надо вкладывать. Иначе, начнем терять. Конкуренция… Деньги тебе нужны?…

Достаю пачку в двести штук. Это мои последние."

"— Это долг Дины. Точную сумму я не знаю. Если не хватает — скажи. Будут лишние — вернёшь. Спасибо за участие.

Разворачиваюсь на выход, чтобы сейчас не разводить лишние дискуссии.

— Ой, Арс… отдала она мне уже!

— Отдала?… — разворачиваюсь я. — Тогда верни ей, братишка! Ты чего сам не догоняешь, что по-другому эта ситуация не решается? Стой… как отдала? Откуда у нее такие деньги?

Костя нервничает и краснеет.

— Я не знаю. Может, кредит взяла.

— Ты знаешь что-то, чего не знаю я? — всматриваюсь в его глаза.

— Что ты хочешь от меня, Арс?! — начинает психовать он, суетливо перекладывая на столе бумаги. — Что это?…

— Это документы, которые я не могу объяснить. Счет за установку лазерной системы, которой нет.

— Она сломалась.

— Когда ты ее ставил?

— Пять месяцев назад.

— Тогда, она должна быть на гарантии, так?

— Нет. Я взял ее за полцены… практически с рук… — морщится он. — Хотел сэкономить. Но…

— Сколько теперь стоит ремонт?

— Не подлежит ремонту!

— Ясно. Остальные объяснишь?

Его телефон трезвонит.

— Извини, Арс, это срочно!

По разговору слышу, что поставщики. За окном орут сигнализации наших тачек. Застряла техника коммунальных служб, не могут проехать.

— Давай отгоню на стоянку, — протягиваю руку за ключами.

Немного растеряно отдает.

Сначала перегоняю свою на задний двор, потом сажусь в Костину.

И глядя на детское сиденье в его машине тут же вспоминаю, что видел такой же пакет, как у Дины на заднем сиденье его тачки. Совпадение?

Паранойя — это мое всё, конечно. Я ревнивый придурок, да.

Пакет… Всего-то… Я же в курсе, что они общаются иногда…

Неприятное чувство.

Перегнав тачку оглядываюсь. На детском сиденье лежит конверт. И моя рука почему-то тянется к нему. Беру в руки.

Обычный такой конверт…

Но что-то разгоняет мое сердцебиение. Что-то такое неуловимое…

Кручу его в руках, он не заклеен.

Дина.

Железобетонная непреодолимая ассоциация.