Славные парни по-русски. Нерассказанная история. Книга 1

Чуть позже я получил, опять же благодаря Славе, и водительские права, и стал, можно сказать, полностью легальным человеком. Но привычка жить под чужой личиной осталась.

Арест Саши, Грини и Полпорции

К 1994 году я перебрался жить на Рублёвку, в тот самый бывший дачный посёлок Совета Министров СССР «Сосны», где наша нефтяная компания «Атлас» арендовала несколько домов. Три из них занимали мы: я, Культик и Дима Надеев. В двух жили владельцы «Атласа» Олег Курмояров и Гена Кузьменко. Ещё в одном – Алик Гликлад.

Вообще публика, населявшая «Сосны», была очень пёстрая. Внезапно разбогатевшие или легализовавшие свои капиталы представители различных слоёв общества, почувствовавшие вкус жизни и начавшие активно осваивать Рублёвку.

Там же, в «Соснах», по соседству с нами жил и Владимир Вольфович Жириновский, чья звезда начала свой стремительный подъём на политическом небосклоне страны.

Недалеко от посёлка «Сосны» в арендованном у академика Маслова – чуть не сказал особняке – здоровенном трёхэтажном кирпичном доме, похожем на «хрущёвку», поселились мой брат Саша и Гриня.

Непрезентабельный внешне, дом этот был весьма удобен внутри. Имел множество спален, три гостиных с каминами, огромную столовую, хорошо оборудованную просторную кухню, террасу, лоджию, несколько подсобных помещений. Дом стоял на большом участке, обнесённым, что немаловажно, сплошным деревянным забором.

Время от времени мы собирались в масловском доме большой компанией, чтобы вместе провести выходные или отметить праздники, например, встретить Новый год или справить чей-нибудь день рождения.

В воскресенье 30 июня 1994 года туда к нам на шашлыки заглянул Сергей Иванович, а вместе с ним Борис Громов, Иосиф Давыдович Кобзон, Алик Гликлад и ещё несколько влиятельных людей.

Застолье растянулось на несколько часов, и последние гости, сытые и довольные радушным приёмом, покинули наш хлебосольный дом уже поздно вечером.

Словом, всё было замечательно, и нам казалось, что жизнь удалась. Мы чувствовали себя очень уверенно.

Но вдруг, в один момент, эта иллюзия рассыпалась в прах.

Утром 1 июля, на следующий день после приёма знатных гостей, когда я уже мчался в Москву, мне позвонил Дима Надеев и поинтересовался, не знаю ли я, где мой брат. Надеев был обеспокоен тем, что Саша не появился у него в назначенное время – что было совершенно не в характере брата, человека дисциплинированного и пунктуального – и, что ещё более странно, он, Дима, не может с ним связаться.

Ситуация встревожила и озадачила меня.

Я набрал Саше, Грине и ещё на несколько телефонов, установленных в доме, но все они оказались отключёнными.

Тогда я позвонил Андрею Пылёву. Оказалось, что Гриня не появился на условленной встрече и Андрей всё утро тоже не может с ним связаться.