Львица по имени Лола

Левка закрыл глаза, чтобы не смотреть на ее грудь, двигавшуюся прямо перед его лицом, пока Дина возилась с поясом.

Наконец, она отстранилась. Села на пятки. Он подергал руками.

— Хорошая работа.

Дина попробовала улыбнуться, но у нее лишь дернулся угол рта. Она не выглядела испуганной. Она выглядела донельзя изумленной. Это определённо лучше, чем испуг. Вот в этом направлении и будем двигаться. Изумлять.

— У приговоренного есть право на последнее желание?

Дина сложила руки на груди, изобразила вид крайней задумчивости. И кивнула.

— Это будет справедливо. Чего ты хочешь?

— Сними футболку.

Она еще раз задумалась — уже по-настоящему, не изображая. И исполнила его желание.

Лифчик простой, черный, больше похож на топик. Но ему и этого за глаза. Да, посмотри уже девушке в глаза. Она же на тебя смотрит.

Дина глубоко вдохнула. Красиво вышло. А затем тоном комментатора сообщила:

— Я начинаю.

И начала.

Бывали случаи в жизни Льва, когда излишняя самоуверенность подводила его. Но никогда она не подставляла его так, как сейчас!

Чем он думал, когда решил, что это хорошая идея? Или в нем дремавший дотоле мазохизм проснулся?!"

"Ее губы были мягки, нежны, невесомы. И очень, черт побери, неторопливы! Зато с инквизиторской методичностью Дина обнаружила все чувствительные места на верхней половине его тела. Ниже уха — Левка почувствовал, как лопатки оторвались от матраса, когда Дина туда его поцеловала. До дрожи приятно, это даже словом «приятно» не назовешь, ощущения… ОЩУЩЕНИЯ! Ободренная его реакцией, Дина решила пустить в дело и язык. Влажный и быстрый.

Ему стало казаться, что он готов выскочить из собственный кожи от остроты чувств. А Дина добралась до шеи. А шея у Левка вся, куда ни целуй… И она там все и… И губами, и снова языком. К шуму рваных вдохов и выдохов добавились его стоны.

Дальше в пыточном наборе Дины Ингер значились ключицы. И плечи. И прикосновения тонких, чутких пальцев — быстрые и уже немного жадные.

Левка попытался облизнуть губы и понял, что во рту пересохло так, что язык шуршит, задевая о зубы. Но воды сейчас просить — идиотизм полнейший. А вот о чем-то другом…

— Сними лифчик.

Дина замерла. Выпрямилась. Не видел ничего красивее. Никогда. И ей определённо нравится то, чем она сейчас занималась. Слабое, но все же утешение.

Она чуть заметно нахмурила брови. Лев пошевелил пальцами.

— Я по-прежнему связан. Я тебя не трону — даже если захочу. Но позволь мне хотя бы посмотреть на тебя.

Складка между женских бровей разгладилась. Дина завела руки за спину. Лев затаил дыхание.

Она оказалась не такой, как он себе представлял. Он просто не был способен вообразить такую красоту. Идеальная, упругая, прямо под ладонь девичья грудь. Понял, что неосознанно сжимает пальцы в кулаки, заставил разжать.