По дороге могущества. Книга пятая: Лик Кальмуара.

Закрутившись вокруг себя подобно торнадо, я ринулся к земле и вспоровшие воздух острия сегментированного меча с оглушительным хрустом раз за разом вгрызаются в древесную плоть возопившей в бешенстве пастухары, спускаясь от самой шеи по спине и ногам.

Грянув ступнями о мраморные плиты, я одним движением собираю лезвия Вайнории и вновь прыгаю ввысь. Стена стремительно приближается, переворачиваюсь ногами вперёд и врезаюсь в неё, тут же мчась вперёд по каменной поверхности.

Удар! Удар!! Удар!!!

Со свистом порхающего в моей руке меча срываются пламенные полудиски, врезающиеся в Кальмуару и оставляющие на её теле глубокие, горящие чёрным огнём росчерки, из которых сочится зелёная, фосфорирующая кровь. Но в следующий миг яростно кричащий Пастырь вздымает ладони и из них вылетает туча толстых древесных болтов. Мои серебряные зрачки расширяются до упора, я резко торможу и рву от напряжения мышцы, отбивая клинком все летящие в меня иглы, что играючи прошивают камень в считанных миллиметрах от моего тела. Но не успел я перевести дух, как распахнувший крылья Лорд Ночи стремительным росчерком несётся прямо ко мне, выставив перед собой сжатое в руке копьё. Однако длинное острие пронзает лишь пустоту, проносясь над моей головой и разламывая стену позади меня, в то время как я сам рывком ухожу вниз.

Короткое падение спиной вперёд, переворот и приземление на ноги. Краем глаза замечаю справа размытое, едва видимое движение, и с на миг ослепившей черно-синей вспышкой на Кальмуару прыгает огромный волк с блестящей агатово-серебряной шерстью, со всего маху вгрызающийся в её шею белоснежными клыками. Пошатнувшаяся древесная стерва едва не упала, а затем с диким рёвом вонзила в бок Харуда свои длинные, острые пальцы, и хлынувшие из её предплечья ветви моментально оплели повисшего на ней волка. Сотни смертоносных шипов впились и растерзали плоть последнего из Драйторнов, захрустели ломаемые кости. Перед залитыми кровью глазами всё помутнело от боли, но он лишь ещё сильнее сжал челюсти и в слепой ярости замотал головой, разрывая глотку врага. А в следующее мгновение Кальмуара в бешенстве отшвырнула его в сторону, и волк, разломав своим огромным телом колонну, с громогласным ударом врезался в стену, сжимая в пасти вырванный из шеи кусок пастухаровой плоти.

И в эту же самую секунду я оттягиваю руку назад и изо всех сил швыряю Вайнорию в Пастыря — несколько раз перевернувшись в воздухе, полыхающий ненавистью меч с оглушительным звоном разбивает вскинутый гадиной магический барьер и по самую рукоять входит в её тело чуть выше левой груди.

На самой границе восприятия слышу свист рассекающей воздух стали, стремительно поворачиваюсь и хватаю дриарилловой ладонью опускающееся на меня лезвие ятагана.