По дороге могущества. Книга пятая: Лик Кальмуара.

Резко отрыв глаза с отливающими серебром вертикальными зрачками, я не смог сдержать рвущийся на свободу оглушительный рёв охваченного яростью драконьего короля.

— Гарганор!!! — невольно попятилась Кальмуара, запрокинув голову и не сводя изумлённого взгляда от возвышающегося чудовища. — Так у нас сегодня прямо встреча старых друзей!

Резко втянув воздух в пылающие лёгкие, я распахнул зубастую пасть и из недр глубокой глотки хлынул поток испепеляющего огня. Но в этот же самый миг по длинным гибким прутьям на голове возопившей Кальмуары пронеслись сверкающие зелёные разряды, глаза вспыхнули ярким светом и из пор и трещин её покрытого чёрной корой тела вырвался ослепительно-изумрудный столп силы, который понёсся вперёд и с ужасающим грохотом столкнулся с ревущим пламенем. Во все стороны разлетелись раскалённые жидкие капли сплетённых в схватке огня и магии, сжигающие заживо верещащих монстров, и зал наполнился пронзительными воплями боли и запахом палёной плоти.

Несколько кратких мгновений два яростных потока сражались друг с другом, и никто из них не мог одержать верх в этом безумном противоборстве. Но затем вдруг изумрудный столп налился ярчайшим светом и засверкал с невероятной силой, и миг спустя он словно накинувшийся голодный зверь стал стремительно пожирать отчаянно сдерживающее его пламя, а в следующую секунду наконец достиг драконьей морды и объял всё его тело.

Я взревел от нестерпимой боли, чувствуя, как в крошево разрушается чешуя, плоть и кости. В глаза словно впились сотни игл и они с булькающим звуком лопнули, кровь в венах вскипела и разорвала их, хлынув на сжавшиеся в судороге органы. Но едва исполинские сердца отгремели последний сдвоенный удар, как из разорвавшейся спины Гарганора вылетает сгусток чёрной жижи, который молниеносно трансформируется из бурлящего месива в покрытого чёрной чешуей страгена.

Усилив пустарами собственное падение, я рухнул на двардрэнское отродье и разрубил его материализовавшимися в лапах широколезвийными ножами. Вогнав когти в пол, с силой отталкиваюсь, стремительно срываясь с места и, уворачиваясь от вражеских клыков и мечей, разрезаю десятки тварей, отсекая конечности, потроша животы и вспарывая глотки.

Пустарная энергия распирает мышцы ног и я совершаю резкий бросок вправо, взмывая в воздух прямо над Пастырем. Смотря в глаза медленно повернувшей голову в мою сторону Кальмуары, из покрытой сверкающими трещинами груди которой только что перестал бить разрушительный луч, я выхватываю из пространства хищно сверкнувшую Вайнорию и её перламутровое чёрно-синее лезвие распадается на части.