По следу кровавого доктора

 — Меня не волнует суть вашего задания и его отношение к интересам государственной безопасности. У меня свое командование и собственные задачи. Одна из них — не пускать посторонних лиц на территорию филиала «Альтверде». Если у вас есть претензии ко мне, то пусть ваше начальство обращается к нашему и решает этот вопрос. А я выполняю приказ. Прошу вас уехать. Вахмянин, никого не пускать! Вы поняли приказ?

— Так точно, товарищ капитан! — заявил часовой.

Лебедев скривился, сплюнул. Колонтович пристально посмотрел Никольскому в глаза.

— Напрасно вы так, товарищ капитан, — тихо сказал он. — Ума не приложу, зачем нам ссориться. Мы вернемся через несколько часов с соответствующим приказом. Стоит ли терять время? Вы впоследствии можете крупно пожалеть о том, что проявили недальновидность.

— Пугаете, Александр Романович? — спросил Никольский. — Пустое это, уверяю вас. Меня многие пугали, а толку? Ничего личного, поверьте. Просто мы успели первыми, а вы опоздали. Но ведь одно дело делаем, верно?

Он терпеливо ждал, пока эта парочка соизволит удалиться. У офицеров НКГБ иссякли запасы пронзительных взглядов, они сели в машину. Лебедев переключил передачу, стал сдавать назад. Оперативники и ухом не повели. «Газик» выпустил зловонный дым, покатил по улице, свернул в переулок.

Капитан прислушался. В этом районе было тихо. Здесь отсутствовали важные объекты. Кругом стояли мрачноватые жилые дома в два и три этажа, не считая лютеранской кирхи.

Со стороны центра доносились выстрелы. Красная армия подавляла там последние очаги сопротивления.

— Не пугает этот инцидент, командир? — спросил Кобзарь.

— Скорее интригует, — ответил Никольский и усмехнулся. — Ладно, вперед, товарищи! Вахмянин, убирайте свою бандуру и закройте ворота, когда въедем. А то шатается тут всякая праздная публика.

Во дворе стояли разведчики лейтенанта Терехова. Парни вытянулись, отдали честь.

В составе этой вот группы поддержки имелась разыскная собака. Немецкая овчарка с добродушной мордой бегала на длинном поводке по задворкам, обнюхивала кучи мусора.

Территория включала бетонный гаражный бокс и несколько каменных строений в глубине двора. На крыльце отсутствовала даже вывеска. Это заведение явно не афишировалось."

"Из-за угла выбежал подтянутый молодой офицер, подлетел к Никольскому чуть ли не строевым шагом, молодцевато отдал честь.

— Здравия желаю, товарищ капитан! Лейтенант Терехов. Вверенные мне бойцы осмотрели здание. Задержаны несколько работников института. Они изолированы в холле. Мои ребята их охраняют.

— В такое сложное время здесь кто-то работал, лейтенант? — поинтересовался Павел.

— Не могу знать. — Терехов пожал плечами. — Когда мы прибыли, ворота были закрыты, калитка заперта.