Площадь Согласия. Книга 1

Впрочем, присмотревшись к каждому в отдельности, можно было сделать вывод, что конечная цель у всех одна: подтянуть «хвосты» и выйти на финишную прямую — зимнюю сессию.

Тамара без особого напряжения сдала все свои работы, получила большую часть зачетов и, как могла, старалась помочь подруге, две с половиной недели отлежавшей в больнице на сохранении. Самой большой проблемой для нее оставался все тот же сопромат: как выяснилось, из трех расчетно-графических работ Инночка не сделала ни одной… Почти все воскресенье Тамара потратила на то, чтобы объяснить подруге смысл расчетов, но, продолжая мучиться от токсикоза, подруга постоянно отлучалась в санузел и «въезжала» с огромным трудом.

— Вряд ли она защитит, — оставшись наедине с зашедшим за женой Артемом, покачала головой расстроенная Тамара. — К тому же зачет дифференцированный, отметка повлияет на оценку при сдаче экзамена, и в итоге Худяев Инку просто замучает. С его принципиальностью и вредным характером рассчитывать на поблажку не приходится. Боюсь, даже Рождественские не помогут.

— Я сам на втором курсе две недели за ним ходил, пока все сдал и защитил, — вздохнул Артем. — Что ты предлагаешь? — озабоченно спросил он.

— Послезавтра истекает срок, когда зачет можно получить автоматом, без всякой защиты. Просто надо принести все три работы. Пояснительные я ей сама напишу, сегодня же сяду за расчеты, мне все равно делать нечего. Но вот с графической частью помочь не могу. Во-первых, не успею, а во-вторых — графики у меня никакой. Идеальные линии совсем не хотят со мной дружить.

— И как же ты выходишь из положения на нашей-то специальности? — удивился Кушнеров.

— Натуральный обмен, — пожала плечами Тамара. — Делаю для ребят все те же расчеты, даю списать пояснительную, приношу им свои чертежи в тонких линиях, а дальше они мне красоту наводят. Так что будем делать?

— Честно говоря, я почти ничего не помню… Я тогда Лехиными расчетками, как болванками, пользовался, сдирал не вникая, оттого и защищал долго. Но Леха должен помнить — сам делал. К тому же он сегодня свои конструкции защитил, а у меня защита только послезавтра.

— Ты или кто другой будет чертить, не важно, — вздохнула Тамара. — Но иного выхода нет. Если успею, набросаю эпюры в тонких линиях. Общими усилиями пробьемся! — обнадеживающе улыбнулась она. — Ты Инку успокой, в ее положении не стоит лишний раз расстраиваться. Зачеты сдаст и забудет, а ребенок — навсегда, — с нежностью произнесла она.

— Спасибо, — поблагодарил Артем и посмотрел так, словно впервые ее увидел. — В таком случае придется нам завтра ночевать в общежитии.

— Не будешь возражать, если Инночка останется у меня?

— А у кого же еще? — улыбнулся он и, расслышав звук скрипнувшей двери, поторопил жену.