Площадь Согласия. Книга 1

И все же в надежде снова увидеть его за своей спиной она дольше обычного задерживалась в фойе у зеркала, пристально всматриваясь в фигуры на аллее, часами блуждала вокруг общежития… В конце концов это стало походить на манию: если ей не удавалось увидеть его даже мельком, она безрадостно осознавала, что день прожит зря.

Но однажды в воскресенье удалось исполнить задуманное и появиться на крыльце общежития прямо перед его носом. Решив заговорить с ним в лифте, она нажала кнопку вызова, но Алексей быстрым шагом прошел мимо и направился к двери на лестницу. В том, что он это сделал специально, Тамара не сомневалась.

«Если я не выброшу его из головы, то просто сойду с ума, — тоскливо осознала она. — Надо что-то делать».

Переодевшись, она достала одолженный у соседки конспект лекций, разложила на столе заброшенную на две недели работу по архитектурному проектированию, открыла методичку и принялась за работу. Совершить такое насилие над собой было невероятно трудно: расчеты не сходились, чертеж не получался… Зато, потрудившись до двух часов ночи, она мгновенно уснула, едва коснувшись головой подушки…"

"Следующие десять дней Тамара продолжала бороться с собой — старалась обходить стороной места, где могла бы встретиться с Алексеем, подтянула все образовавшиеся за время болезни и двухнедельного ничегонеделания «хвосты», стойко отказывалась от любых приглашений на вечеринки. Даже Ляльке никуда не удалось ее вытащить! Впрочем, та особенно и не настаивала, лишь напомнила, что в субботу одиннадцатого декабря у нее день рождения и уж тогда подружка не отвертится. К тому же это будет девичник.

После истории со спроваживанием в урну костюма, которую в лицах пересказала Инночка, между Лялькой и Тамарой установились особые отношения. Пожалуй, Крапивина стала единственной, с кем Элла больше не играла, а была естественной. Да и Тамару, несмотря на предостережения Алексея, тянуло к ней все сильнее.

Лялька же искренне ей сопереживала, и, пожалуй, никто кроме нее так прекрасно не понимал смену ее настроения: грусть и возбуждение, слезы и нервозный смех. А потому не докучала, как прежде, своей активностью, но старалась всегда быть неподалеку.

Сама Лялька давно не верила в высокие чувства — слишком многое успела повидать в жизни.