Плохие девочки не плачут

Единственное, что намекало на бурно проведенную ночь — налитые кровью глаза и легкая щетина. Но это его не портит. Трудно представить, что способно его испортить.

У меня же был вид исключительно замученный. Я даже не стала делать макияж. Зачем лишний раз подчеркивать круги под глазами?

Впрочем, поводы для радости есть — мой зад по-прежнему не тронут. Мстительные огоньки зажигаются во взгляде, когда смотрю на заклеенную пластырем руку фон Вейганда. Где-то там следы моих зубов. Однако и его следы на мне сохранились. На запястья больно смотреть, а синяки расцветают по всему телу.

Вечером, когда настало время уезжать, немецкий переводчик сообщил, что я и Ригерт возвращаемся обратно, а он с фон Вейгандом задержится ещё на один день. Так решилась проблема транспортировки моих «подарков». Ригерт лишних вопросов задавать не станет. Он либо догадывается обо всём, либо знает наверняка.

Может, фон Вейганд не желает афишировать наши отношения, дабы не осквернить моё доброе имя? Я размышляла об этом всю дорогу. Что он чувствует? Любит ли он кого-то? Женат ли? Есть ли у него дети? Обо всем об этом мне бы хотелось узнать. Однако единственный человек в мире, способный дать ответ, он сам. Ну и, возможно, Ригерт.

Я краем глаза поглядывала на немца Анны. Весь в себе. Не думаю, что он захочет изливать мне душу.

Впрочем, интересующий меня разговор Ригерт завязал по собственной инициативе на пути из аэропорта домой.

Пришлось выждать паузу. Скажет он ещё что-нибудь или нет? Не сказал. Закидываю удочку:

Больше из него не вытянуть ни слова. Но мне и без того хватит на размышления.

Не будь он женат, Ригерт бы не стал нагонять туман. Будь у него счастливая семейная жизнь, он бы тоже не преминул это отметить. Фон Вейганд мог находиться равно как в процессе женитьбы, так и в процессе развода. Кроме того, мне советовали не совать нос и надежды в чужие дела. Почему?

Те, кто утверждают, что самые идиотские происшествия начинаются словами «Посмотри, как я умею», глубоко ошибаются. Кому, как не мне, человеку с дипломом магистра по попаданию в кретинистические ситуации, об этом знать? Полный трэш и угар начинается фразой «Да, на улице пасмурно, по прогнозу ливень передавали, того гляди польет как из ведра, но зонт тащить лень, а, следовательно, на хрен». Вообще, зонты придумали для слабаков, для жалких неудачников, которые пасуют перед трудностями, не осмеливаясь взглянуть опасности в лицо.

«Брать или не брать?» — терзал мой разум коварный вопрос.

Покруче Гамлета, однако.

Меж тем рука моя терзала зонтик. Тяжеленный, граммов двести, не меньше, крупногабаритный, никак не влезающий в объемистую спортивную сумку, уродский на вид и откровенно отвратительный. Бесполезный, прямо скажем, предмет.