Научу тебя плохому (СИ)

С огромным трудом расцепив свои сомкнутые и ставшие совершенно деревянными пальцы, я убираю руки с плеч парня, и делаю попытку отодвинуться. Мне хочется спрыгнуть с этого стола и броситься прочь, подальше от взгляда серо-голубых глаз. А Марк продолжает держать, только руки на талию перемещает и дышит шумно, словно сам едва сдерживается.

Только подумав об этом, я заметно вздрагиваю и, почувствовав мое напряжение, Марк только усиливает хватку.

— Ну чего ты напрягаешься, Есь, тебе же хорошо было, понравилось ведь? — шепчет мне на ухо, прикусывая мочку, тем самым пуская по телу электрические импульсы.

— Можно, я оденусь и…

— Нет, — он перебивает меня довольно грубо и только сильнее прижимает к себе.

Его губы, вдоволь наигравшись с моим ухом, спускаются ниже к шее. И это приятно, настолько, что на какой-то миг я теряюсь в собственных ощущениях, в собственных желаниях. Одна часть меня рвется сбежать отсюда, а вторая… вторая не хочет сопротивляться.

Это совсем неправильно, но мне нравится чувствовать теплые губы на своей коже, нравится ощущать легкие поглаживания по спине и это неправильное, непристойное даже соприкосновение полуобнаженных, разгоряченных тел мне тоже нравится. Нравится той части меня, которая не хочет бежать, которая хочет остаться. И я разрываюсь, мечусь меж двух огней, пока Марк, совершенно не церемонясь, наклоняется и вновь касается губами моей груди. Где-то рядом раздается тихий стон, и я с ужасом осознаю, что стон этот принадлежит мне. Что я творю? Почему продолжаю сидеть с разведенными ногами на кухонном столе и позволяя так откровенно себя касаться?

— Нравится? — на лице Марка появляется порочная улыбка.

Он выпрямляется, выпускает меня из плена своих рук, чуть отходит назад, не сводя с меня порочного взгляда. Мне в миг становится холодно, руки сами тянутся к груди. Хочется прикрыться, спрятаться. Боже, ну почему меня так штормит?

— Не надо, — прежде, чем я успеваю что-либо понять, Марк хватает меня за запястья и разводит руки в стороны. Его взгляд сосредотачивается на моей груди. Ладони сильнее сжимаются на моих запястьях, мощная грудная клетка парня заметно вздымается. — Ты такая красивая, Еська, не надо прятаться, я хочу на тебя смотреть.

Он облизывает пересохшие губы, отпускает мои запястья и перемещает свои большие ладони на мои бедра.

— И здесь тоже, — он ведет одной рукой вверх, касается запретного места сквозь плотные, но, кажется, уже намокшие штаны. Нет, мне совершенно точно не кажется.

Как стыдно-то.

Я застываю, просто не зная, как себя вести, а через миг вскрикиваю, потому что Марк, резко выпрямившись, хватает меня за бедра, тянет к краю стола и сажает на себя. Так легко, будто я совершенно ничего не вешу.