Хорошая девочка для плохого мальчика

— Назар, — прорычала я предупреждающе, когда он снова попытался поймать меня. — Не делай так больше.

Парень поник и нахмурился.

— Я тебе совсем не нравлюсь? — тихо спросил он, поняв, что я не готова отвечать на его поцелуи.

— Извини, но… Нет, — честно ответила я. — Мне неудобно было говорить тебе об этом, но видимо, всё же пора. Прости, но я к тебе совершенно ничего не чувствую. Поэтому, пожалуйста, прекрати меня донимать и давай уже поставим точку в этом вопросе. Ты мне никогда не станешь чем-то большим, чем друг. Но ты не сможешь оставаться просто другом, поэтому… Давай на этом уже и разойдёмся.

“А то ты мне испортишь всё с Даней. У нас только-только стало всё налаживаться!”

После поцелуя с ним сегодня я просто была уверена, что Даня ко мне тоже что-то испытывает. Он сказал мне это не словами, а сердцем через губы и ласку. И сейчас Назар просто оскверняет наш с Даней поцелуй.

— Извини… — сказала я ему на прощание.

Развернулась и ушла в отель. Больше мне нечего ему сказать.

Переживёт. Я не думаю, что серьезно нравилась ему. Это просто какой-то азарт. Он даже целовал меня как-то грубо, с напором. Он не хотел меня приласкать как котёнка, он хотел брать. А я против. Это совсем не моё…

Надеюсь, что теперь Назар всё же оставит попытки к сближение. Как ещё точнее сказать, что не люблю его, я не знала.

— Ты чего такая? — спросил Леська, когда я в комнате металась то туда, то сюда, не в силах найти себе покой.

Вся эта ситуация с двойным поцелуем меня обескуражила. За меня никогда так откровенно не воевали, да ещё и братья.

Ещё и Леська…

Я покосилась на неё.

Ей нравится Назар. Как я ей могу сказать, что он полез ко мне своими губами?

Не буду ей делать больно. Скажу только часть правды. Самую важную.

— Мы с Назаром поговорили.

Она уставилась на меня ещё более внимательно.

— И что тебе сказал этот придурок?

— Скорее, я — ему, — хмыкнула я. — Просила его оставить уже меня в покое. Сказала, что не люблю его.

— О-о… А он что?

— Расстроился, — развела я руками. — Но думаю, он переживёт. Потому что я… Я люблю совсем не его.

— Так, так, так… — привстала даже с кровати Леська, где до этого валялась с телефоном и наушниками. — Сейчас прозвучат признания в любви злому братцу?

— Да ну тебя! — махнула я на нее рукой и рухнула на кровать лицом в подушку прямо так, одетая, едва скинув свои кроссовки.

— Эй, куда! — встрепенулась подруга. — Я требую продолжения банкета! Что, что там было?

— Где?

— Когда тебя Данька увёл?

— О-о-ой… — мечтательно простонала я, вспоминая, какие же сладкие и мягкие губы у этого Злюки…

— Что? Что там было? Он признался, что телефон его?

— Угу, — мычала я в подушку.

— Вау! А как ты его раскрутила-то?

— Мы целовались! — отняла я лицо от подушки. А когда сказала, снова нырнула в неё лицом, горящим от стыда и эмоций.