Плохие мальчики не влюбляются

Это тоже своеобразный «десерт», который я сейчас ей скармливаю.

— Я пойду, пожалуй.

Опять упрямо «сжимает губы», зараза! И не желает «пробовать».

— Я же обещал отвезти. Пойдем, поздороваемся с кикерами?

— Не уверенна, что хочу.

— Тебя приглашали, вообще-то. Невежливо… — давлю ей на психику.

Если уж повелась на сломанную ногу, это тоже сработает.

— Окей. Пять минут. Потом я ухожу.

Да-а-а! Я нашел пульт от Царевой! Главное теперь не сломать его. Аккуратненько…

Веду ее наверх в вип-зону. Проходим через небольшой танц-пол. На потолке прожекторы, выхватывающие светом пары на танцполе. Они начинают мигать, меняя цвета. Та-а-ак… мне в голову приходит одна шальная мысль.

Дина, как загипнотизированная, заторможенно следит за огнями и стробоскопом. Басы бьют в грудь. Зрачки ее замирают. Притормаживаю, притягивая к себе.

— Что ты делаешь, Дагер? — хлопает на меня глазами.

— У тебя в кармане мой телефон, — придумываю на ходу, засовывая руку в карман пальто.

И… смещаю ее в сторону, навстречу единственному среди белых красному прожектору в форме сердца. Он замирает на нас, вместе с музыкой.

— Ой… — смотрю ей в глаза, прикусывая нижнюю губу. — Мы попали.

Все расходятся, с улыбками глядя на нас.

Ди-джей вещает со сцены:

— И по нашей традиции, дорогие друзья, пара, попавшая в красный прожектор, показывает всем мастер-класс по поцелуям!

— Что им надо? — подозрительно шепчет Дина.

Да не им… Дурочка. Мне.

На меня накатывает пьянящая горячая волна, ускоряя сердце. Публика улюлюкает и скандирует «целуй!»

Глаза Дины начинают шокированно увеличиваться. Не давая ей опомниться, облизываю губы и… Ловя ее наивный сейчас, испуганный взгляд, подхватываю за затылок. Прижимаюсь своими к ее приоткрытым губам.

Та самая волна внезапно обрушивается и смывает напрочь мои мозги. Меня кружит от чистых эмоций. Я забываю про все! Это так неожиданно, тонко и уязвимо… Как звучание скрипки. Это даже ярче, чем мой первый поцелуй!

Вау…

Глава 17. Истерика

Дина— Целуй! — кричит толпа.

В смысле? Растерянно оглядываюсь. Это они мне?! Дагера целовать?? Ну сейчас, ага…

Но мой приоткрытый от возмущения рот неожиданно оказывается пленен.

От ужаса замираю.

От ужаса, да.

Ну, во-первых, я не умею… И категорически против, чтобы это гад знал об этом и стебался потом.

Во-вторых, ненавижу ощущение уязвимости и открытости, а оно обрушивается на меня внезапно, бьет под колени, сковывает тело, не позволяя, сопротивляться.

В-третьих — адски неловко… Все смотрят!

В-четвертых — это же Дагер! Дагер!!! Чертов ублюдок Дагер!

В-пятых — самое ужасное: ублюдок нежен… Очень! Мое тело тает от мурашек. Сердце заходится от того, как его пальцы, словно по грифу скрипки ласково скользят по моему затылку.