Плохие девочки не плачут. Книга 3

Ощущение точно глотку долго и методично прочищали металлическим ершиком, обтесывали изнутри.

Свет становится ярче.

Но я вижу с трудом.

Слезы застилают обзор.

Горькие.

Непрошенные.

Я закрываю глаза. Всхлипываю. Шмыгаю носом. Жалко. Жалобно. Я чувствую себя абсолютно выпотрошенной. Горю от стыда.

Нет. Не надейся. Не так быстро.

Ледяные пальцы властно опускаются на мои веки, резко поднимают, насильно открывают глаза, вынуждают посмотреть вверх.

Я содрогаюсь.

Раз за разом.

Горящий взгляд скользит по мне. Нарочито медленно. Изучает черты. До мелочей. Губы кривятся в оскале.

Фон Вейганд видит свою любимую рабыню.

Обнаженную. Униженную. Поверженную.

А я вижу его клыки.

И это не предвещает ничего хорошего.

Я закована в цепи.

Я готова к любым забавам.

Никто не спасет.

Никто не поможет.

Никто не рискнет.

Вздыбленный член покачивается прямо перед моим лицом. Кажется, он стал еще больше, увеличился до чудовищных размеров. Жуткий. Грозный. Обвитый темными набухшими венами. Мощный. Пугающий.

Я четко чувствую медный привкус во рту.

Фон Вейганд подается вперед, обтирает измазанный слюной член о мое лицо, постукивает по щекам, обводит изломанный контур губ.

Я замечаю капли крови.

Но я не успеваю об этом подумать.

Крупные пальцы ложатся на мои виски, опускаются ниже и надавливают так, что искры из глаз вылетают.

И я кричу.

А он затыкает мой рот.

Грубо проталкивает эрегированный орган вперед. Вбивает, за раз вгоняет на всю длину, достает аж до гланд. Полностью блокирует кислород.

Низ живота сводит тягучий спазм.

Я продолжаю орать.

Дико. Отчаянно. Беззвучно.

Вопль бьется в груди точно в горящей клетке, ударяется о ребра, будто раненный зверь о прутья железной решетки. Стекает по податливо трепещущей плоти, обращается в легкую, приятную вибрацию.

Фон Вейганд трахает меня.

Размеренно. Методично. Со вкусом. Кайфует. Проникает внутрь размашистыми толчками, растягивает наслаждение. Сперва входит до предела, перекрывает воздух, потом отступает, позволяет сделать короткий вдох и снова подается вперед, насаживает плотнее.

Он решает — дышать или не дышать.

И как.

Пускать по венам кислород.

Когда.

Абсолютная власть.

Безграничная.

Я его вещь.

И вот мое место.

На члене."

"Фон Вейганд хватает меня за уши, прижимает крепче, вдавливает мою голову в свой пах и долбит так, будто хочет добраться до мозга. После отступает, разрешает глотнуть немного воздуха и берет мой язык, достает изо рта, опять входит в горло. Резко натягивает на член, нанизывает. Точно протыкает металлическим шомполом. Душит. Не дает шевельнуться. Толкается вглубь и держит мертвой хваткой.

Перед глазами мутнеет.

Тело немеет.

Дергаюсь. Не надеюсь освободиться. Просто подчиняюсь рефлексу. Лихорадочно вырываюсь. Судорожно бьюсь в цепях.

Он убьет меня.