Плохие девочки не плачут. Книга 3

— Откуда этот пистолет?

— Откройте гребаную дверь.

— Откуда? — настойчиво интересуется Андрей.

— Хватит, — бросаю резко. — Вам лучше задать по-настоящему важные вопросы. Например, умею ли я стрелять? Куда именно попаду, если не умею, но все-таки нажму на курок?

— Вы не убийца.

— Я на грани.

— Послушайте, Лора, — он старается прозвучать успокаивающе. — Зачем вам это?

— Откройте чертову дверь, — приставляю дуло к собственному подбородку. — Так я точно не промахнусь.

Андрей вздрагивает.

— Прекратите, — глухо говорит он.

Решимость в моих глазах заставляет его покориться.

— Хорошо, — тянется к своему карману.

— Осторожно, — говорю я. — Медленно, без резких движений. Вы же не хотите, чтобы я занервничала и выстрелила случайно.

Андрей бледнеет.

Вероятно, представляет, как я вышибаю себе мозги. В другой ситуации это могло его обрадовать. Но сейчас такой поворот событий явно некстати.

Моя смерть будет несколько преждевременной.

— Остановитесь, пока не поздно, — тихо произносит он. — Не совершайте ошибку. Чего вы добиваетесь, защищая этого… субъекта?

— Этот субъект — живой человек.

— Он же использовал вас, отдал бандитам.

— Я защищаю не его, — четко выделяю каждое слово.

— А кого?

— Просто откройте дверь.

Андрей выполняет приказ. У него не остается ни единого шанса отказаться. Слишком высока вероятность того, что я выполню свою угрозу. Достаточно одного нажатия на курок — и пиши пропало. Кровища, ошметки серого вещества во все стороны.

Кому захочется отвечать за такие спецэффекты перед хозяином?

— Благодарю. А теперь — прочь отсюда, — чеканю я. — Без фокусов, без резких движений, без лишнего геройства.

— Геройствуете здесь только вы, — хмыкает он. — Причем самым идиотским образом.

— Не надо тянуть время. Это не прокатит. Не сегодня.

Лицо Андрея искажает судорога.

Значит, моя догадка верна. Сутенер-зануда знает, как сильно я люблю потрепаться. Он пытается выиграть хотя бы несколько секунд. Отвлечь внимание, пока амбалы готовят штурм. Размышляют, как меня обезоружить.

Ну уж нет, ничего не выйдет.

— Вы понимаете, что совершаете предательство? — его фраза врезается в мое сознание как нож.

— Да, — бросаю холодно. — Возможно.

— Еще не поздно остановиться.

Отвожу пистолет от подбородка, отрицательно качаю головой.

Поздно.

Андрей отступает назад, будто опасается, что я опять направлю оружие на него. Он старается придумать выход из патовой ситуации. Но легче вразумить героинового наркомана, чем наставить на путь истинный меня.

— Лора, вам совсем необязательно… — замолкает, осекается.

— Точно.

Улыбаюсь, пожимаю плечами, четко ощущаю свою вину. Только изменить ничего не могу, не получится.

Это не сильнее меня. Это и есть я.

Прохожу в кабинет. Не оборачиваюсь.