Плохие девочки не плачут. Книга 3

Даже на коленях.

Я это я.

***

Бой часов заставляет вздрогнуть. Или это бьёт пульс? Прямо в голову. Циферблат жесток. Но жизнь пожестче будет.

Стрелки часов можно повернуть вспять. Перевести назад. Переместить насильно. А вот упущенная возможность никогда не вернется. Количество попыток ограничено. Каждый шанс выпадает лишь раз. Нельзя испытывать судьбу до бесконечности. Рано или поздно всему приходит конец. Удача — не исключение.

Почему очевидные вещи труднее всего осознать? Умом понимаешь, однако сделать ничего не удается. Выстрел за выстрелом. Мимо. Практика оставляет желать лучшего.

Когда у тебя остается один патрон, выбор невелик. Когда патронов больше нет, выбора не существует вовсе. Прямо по курсу единственный путь.

Сдаться? Подчиниться? Сложить оружие? Нет. Раздобыть новую обойму.

Нельзя недооценивать предсказуемость моей тупизны. Точнее — нельзя недооценивать ебану… хм, оригинальность моего мышления.

— Вам нужно отправиться в свою комнату, — говорит Андрей.

— А вам нужно отправиться на хрен, — парирую я. — Но что-то подсказывает мне, никто из нас не сдвинется с места.

— Это глупо.

— Как и любое из моих решений.

— Не стоит действовать сгоряча, — он старается выбрать максимально мягкий тон, вдолбить в мою больную голову простые истины. — Вы постоянно нарываетесь, сами создаете себе проблемы. Надо проявить немного терпения, переждать шторм в безопасном месте.

Я отталкиваюсь от пола. Поднимаюсь быстро и резко. Перед глазами темнеет. Я толкаю дверь, молочу по ней кулаками. С дикой яростью, с остервенением. В кровь разбиваю костяшки пальцев, сдираю кожу.

Боль не спасает. Не отрезвляет. Боли как будто и нет.

Я отчаянно пытаюсь ворваться в эпицентр ада. Я хочу проследовать за моим личным Дьяволом. След в след.

— Ничего не выйдет, — ровно сообщает Андрей. — Дверь заперта на засов. Изнутри.

Застываю. Перевожу дыхание. Кулаки разжимаются. Рефлекторно. Ладони соскальзывают вниз. Медленно, безвольно. Багровые струи оплетают мои руки пугающим узором.

Странное ощущение. Словно вены пульсируют на поверхности. Не под кожей. Снаружи. И я дрожу. Мелко, судорожно. Одна перерезанная, растерзанная в клочья артерия.

Оборачиваюсь.

— Пожалуй, мне действительно стоит отсюда уйти, — заявляю с усмешкой.

Только не будем уточнять куда.

— Отлично, я вас провожу.

— Не надо.

Андрей не спорит. Молча идет за мной. Он не намерен отступать.

Наивный.

Неужели и правда надеется мне помешать? У него больше шансов остановить торнадо. Или вытрясти новую главу из Джорджа Мартина.

Я понимаю, что сутенер-зануда подает охранникам знак. За моей спиной. Жестом приказывает организовать конвой. Несколько громил ступают за нами. Явственно различаю их тяжелые шаги.

Страхуется. Вот сволочь.