Плохие девочки не плачут. Книга 3

Не справится даже то, что теперь не могу произнести вслух, иначе рискую отправиться в тюрьму за несанкционированную пропаганду наркоты."

"Отступаю, плотно запахиваю шторы, добровольно отгораживаюсь от солнечного света. Погружаюсь во тьму, скрюченными пальцами цепляюсь за тонкую ткань. Медленно оседаю на пол, соскальзываю вниз, будто облетевший с дерева лист.

Как изменчива воля судьбы. Сегодня ты правишь бал, отплясываешь в ослепительном наряде, срывая бурю оваций. А завтра драишь туалет. Раком. Облаченный в лохмотья.

Оборотная сторона славы бывает опасна.

Пока я тихо и мирно прощалась с родными, ютуб-блогера, который недавно так невинно поедал гамбургер и пошло шутил, избивали в темной подворотне. Кто? Либо одержимые фанаты, либо не менее одержимые хейтеры. Он заснял об этом новый ролик.

Хочешь блеснуть? Хоти и грязь сглотнуть.

Развивай выносливость, преодолевай трудности, подавай достойный пример. Будь готов разрядить обойму свинца. В собственную голову. Развлекай зрителей, сдирай кожу по живому.

Лети вперед.

Без страховки, без тормозов. Прямо по встречной полосе. Не плачь ни о чем. Играй на повышение. Парашют не нужен. Всё равно закончим сырой землей.

Протестую, ваша честь. Куда подевался оптимизм? Оптимизм в заднице, протест отклоняется. Окружающий мир не балует. Привыкайте или проваливайте.

Всем спасибо, все свободны.

Но не я. Не от тебя.

Возвращаюсь назад, перематываю, по фрагментам собираю ленту памяти. Придирчиво изучаю кадр за кадром. Прокручиваю сцену, разбираю на атомы, ищу огрехи, изучаю раз за разом.

Все слова кажутся неправильными, выбиваются из рамок привычного расклада. Мимо роли, вне характера.

— Лора, — говорит мама. — Как ты?

— Хорошо, — пакую чемодан, резво собираю вещи с полок.

— Ты в порядке? — продолжает глухо.

— Целиком и полностью, — нервно улыбаюсь.

— Точно? — произносит надтреснутым голосом.

Бессилие убивает.

Хочу навзрыд. До хрипоты. До исступления, до истерики. Рыдать и задыхаться, захлебываться сухим кашлем.

Только слезы не идут, сбиваются в колючий ком. Не срываются с ресниц, не собираются в глазах. Копятся внутри, под сердцем, разрывают ребра жгучей болью.

Сейчас очнусь, сейчас проснусь.

Нет, не выйдет.

— Супер, — пожимаю плечами. — Грех жаловаться. Честно признаюсь, уже скучаю. Однако ничего не поделать. Дорик должен срочно вернуться на работу.

Липкая паутина лжи. Тягучая неизбежность. Последние нити надежды исчезают, обращаются в прах.

Пора заканчивать спектакль. Неловкое прощание. Потухшие взгляды, удушающие объятья. Скорее в такси, потом в аэропорт и на самолет.

Не оборачивайся, не сожалей. Махни рукой. Забей.

Слишком тяжело, слишком свежо. Нужно время, которое не лечит, но притупляет, помогает шрамам зарубцеваться, обрасти стальной броней.