Плохие девочки не плачут. Книга 3

Не всегда же побеждать и быть на коне. Иногда приходится изваляться в грязи.

— Полагаешь, будто выиграла? — его брови насмешливо изгибаются.

— А разве нет? — ощутимо напрягаюсь. — Был четкий уговор, покрыть вложения за полтора месяца работы, потом срок продлили. Видел сколько денег на счету?

— Разумеется, — протягивает иронично. — Пара твоих тысяч и чужой миллион.

— Минуточку! — восклицаю гневно. — Пара моих десятков тысяч плюс щедрое пожертвование. Тоже абсолютно мое.

Шеф-монтажник ограничивается коротким смешком.

— Ладно, о благотворительности речи не шло, подобный поворот не планировался, чудом повезло, — начинаю тараторить взахлеб. — Я баловень судьбы. Не завидуй, не каждому дано. Однако факт остается фактом, условия пари выполнены. Чудом удалось…

— Хорошо, — он обрывает цветистый поток.

— Хорошо? — вопрошаю возмущенно. — Вообще не похвалишь? Не порадуешься? Ты реально психопат. Эмоциональный импотент. Лишь бы в подвал затащить, отходить кнутом и унизить. Если проиграл, то имей смелость признать.

— Поимею, — обещает с обманчивой мягкостью. — Не переживай.

— Притормози, — бросаю поспешно, освежаю память: — Приз мой. В подземелье не пойду, не мечтай. Я честно заслужила выигрыш.

— Пускай, — снисходительно кивает. — Наслаждайся.

— И насладюсь! — заявляю торжественно, хмурюсь. — Тьфу, наслаждюсь. Блин. Насла… Короче, испытаю весь спектр противоречивых ощущений и вкушу сладость победной эйфории.

Фон Вейганд теряет интерес к беседе, скучающим взором изучает пространство, прохаживается по периметру кабинета.

Любопытно, его костюмы хоть иногда мнутся? Пачкаются? Выходят из строя? Вряд ли. Он всегда и во всем идеален. Даже в поражении.

Талантливый гад.

Сжимаю и разжимаю кулаки, стараюсь оставаться спокойной. Делаю несколько шагов, усаживаюсь за свой стол, придаю лицу умное выражение.

Наивная переводчица исчезла, сгинула в небытие. На сцене возникла крутая бизнес-леди. Прошу любить и жаловать.

— Что это? — раздается скупой вопрос."

"Вздрагиваю, нервно сглатываю, стремительно краснею.

Шеф-монтажник нагло посягает на мою секретную коллекцию. Берет один из самых впечатляющих экземпляров.

— Фарфор, — виновато развожу руками. — Фамильный фарфор.

Не слишком смахивает на правду, но звучит гораздо приличнее, чем фалоимитатор. Ох, ну, почему я не убрала всю эту хр*нь куда подальше? Почему я такая тупая? Почему, почему. Риторические терзания.

— Похоже на стекло, — постукивает пальцами по прозрачной поверхности.

— Конечно, — фыркаю. — Хрустальный фарфор.

— Такой бывает? — спрашивает с сомнением.

— Безусловно, — пытаюсь прозвучать непринужденно. — Вполне стандартное сочетание, тебе нужно подтянуть знания русского языка.

— Поможешь? — ухмыляется, подходит ближе.