Пляски с волками

Где-то осталась его лежка, где-то, возможно, живут люди, каким-то образом с ним связанные…

– Вот об этом и разговор, – решился я. – О следах, ведущих к Кольвейсу, пусть и отправившемуся в Валгаллу. Есть у меня одна идея, но на ее претворение в жизнь понадобится ваша санкция. Идея у меня такая…

…Дорога, как и следовало ожидать, оказалась широкая, на ней могли свободно разъехаться две телеги. Тянулись две глубокие, накатанные колеи, поначалу доставившие некоторые хлопоты – «Виллис» был пошире крестьянских телег, и я не сразу приноровился вести машину по гладкой земле между ними, но потом дело наладилось, да и не так уж далеко от Косачей располагалась мельница.

Когда впереди показалась обширная прогалина, я остановил машину на краю соснового леса и какое-то время рассматривал невооруженным глазом «хозяйство Жебрака». Стояла спокойная тишина, пахло хвоей, сосновой смолой и еще чем-то лесным, небо было безоблачное, закатное солнце клонилось к острым верхушкам сосен – и это, мне показалось, были неподходящие декорации для «чародейского гнезда», где обитали люди, которых иные всерьез подозревали в оборотничестве и прочих умениях из волшебных сказок. Уместнее был бы зловещий сумрак, завывание ветра, вспышки молний на закутанном живописными грозовыми тучами небе – как в старинных романах ужасов. Но меня окружающая пастораль вполне устраивала. Гроза с молниями и прочая непогода как нельзя более уместны в готических романах, а вот в жизни, вспоминая разные эпизоды из прошлого, только создают массу неудобств…

Я с нешуточным любопытством долго смотрел на приземистое, большое здание с высоким колесом, наполовину погруженным в воду, – из потемневших толстых бревен, с крышей из кровельного железа.

Впервые в жизни лицезрел водяную мельницу своими глазами, до того видел лишь на картинах и однажды на оперной сцене, но та декорация была гораздо скромнее. Судя по виду, мельницу не перестраивали с тех пор, как ее тут поставил Жебрак-старший, а вот крышу наверняка не раз подновляли и красили – темно-коричневая краска не выглядела такой уж старой и нигде не облупилась. У длиннющей коновязи, рассчитанной на добрую дюжину лошадей, сиротливо стояла одинокая телега, запряженная пузатой лошаденкой мышиной масти, и два мужика, скособочась, несли к ней мешки – на телеге уже лежала парочка. Колесо размеренно вращалось, неспешно и где-то даже величественно – ага, производственный процесс продолжался. И ведь для него не требовалось ни пара, ни электричества…"

"Поодаль стоял солидный дом из бревен потоньше, но таких же основательных, под железной крышей того же цвета (впрочем, в тот же колер окрашены крыши всех без исключения строений, даже колодцы). Рядом второй, гораздо меньше – ага, для бар и черной кости.