Плетущая

Ещё три шага – и всё стало меняться, мертвецы начали замедляться, звуки мира затихать, а шёпот Мораны, напоминающий песнь, набирал силу, становясь голосом то ли жизни, то ли самой смерти. Ена как зачарованная внимала песне, в которой не понимала слов. Богиня продолжала двигаться так же неторопливо, а мир вокруг подстраивался, замедляясь вместе с ней. Мертвецы бежали, переставляя ногами, но в реальности не двигались с места, а затем их и вовсе потянуло к Ене и Моране. Растерянная нечисть замирала, но неведомая сила буквально тащила их к богине. Она подняла руки, и мертвецы падали десятками, притяжение беспощадно тащило их по мёрзлой земле, трупам и остаткам снега. Потрёпанный, но живой Алай выбрался из-под набросившихся на него тел, Ена заметила недоумевающих сеченцев, когда их противников оттащило назад. Самые ближайшие мертвецы застревали в шаге от Мораны и Ены, словно ударялись о невидимый барьер. Ена видела, как они открывали рты, похоже вопили, дёргали руками и ногами, пытаясь встать, но притяжение не давало.

Ена ахнула и сжала пальцы на плече Мораны сильнее, ощутив боль в спине: что-то нещадно жгло вдоль позвоночника. Сердце сдавило невидимой хваткой. Оно продолжало биться, но скованно и лихорадочно. Ена задышала тяжелее, тело прошиб озноб, она вся вспотела, несмотря на окружающий холод. Карие глаза Мораны засветились знакомой голубой яростью, она вскинула руки и нити… десятки, сотни нитей засветились в телах мертвецов. У кого одна, а у кого-то две. Ена позабыла о боли на пару мгновений, захваченная увиденной магией. Нити сверкали, звенели и манили прикоснуться.

«Когда увидишь нити, не сомневайся, а тяни».

Подражая Моране, Ена вскинула одну руку, пока вторая оставалась на плече богини. Ена не знала, что происходило, но чувствовала, как её силы, а может, даже жизнь утекают к Моране. Несмотря на накатившую слабость, Ена держалась на ногах. Почти все мертвецы попадали, ей наконец удалось увидеть Рокеля. Раненного, испачканного в крови, потрёпанного сражением, но живого, в окружении семерых оставшихся сеченцев. Алай бросился к ним, продолжая рубить головы тем покойникам, до которых сила Мораны ещё не добралась.

Богиня скрючила пальцы, схватив нечто невидимое, и от её рук потянулись десятки лучей к нитям мертвецов, их было так много, что у Ены заслезились глаза. Она повторила жест за Мораной, и от её пальцев разошлись схожие лучи. И будто крюки зацепились за спины мертвецов.

За их нити.

Морана намеревалась вырвать все одновременно.

Не успела Ена осознать размах могущества, не успела поддаться сомнениям, как Морана резко дёрнула лучи на себя, Ена повторила. Из спин покойников разом повырывались нити жизни, Морана издала хрип, и с кашлем по её подбородку потекла кровь, у самой Ены зазвенело в голове.