Пленник ее сердца

 – Не двигайтесь, пока я не скажу, что можно.

Они стояли не шелохнувшись вплотную друг к другу несколько долгих секунд, выжидая, пока лодка выровняет ход.

– Вы в порядке? – прошептал Гриффин.

– Просто у вас сердце колотится.

Он едва заметно улыбнулся.

Когда лодка наконец перестала качаться, он помог ей сесть и дал отмашку лодочнику, что можно двигаться дальше.

– Вот видите? – Грифф привлек ее к себе. – Бояться совсем нечего. Просто представьте, что мы с вами сейчас попадем в хрустальную шкатулку из того стихотворения. Будто мы совершаем путешествие из одного мира в другой и сейчас находимся между двумя мирами, а через некоторое время окажемся в другой Англии, где и Лондон другой, и Тауэр, и Темза, и холмы.

Она расслабилась и вздохнула, опустив голову ему на плечо.

– Какая сегодня чудная лунная ночь.

Грифф никогда не отличался бурным воображением, даже ребенком не был особенно впечатлительным, но рядом с Полиной мир становился действительно другим: каким-то зачарованным. Она заставляла его смотреть на привычные вещи по-новому. Так, его библиотека вдруг становилась восьмым чудом света, переправа на другой берег Темзы превращалась в полное опасностей странствие, достойное пера Гомера, а поцелуй представлялся чем-то большим, чем сама жизнь.

Где-то там, внутри этой простой девушки, ничего, кроме тяжкого труда, не знавшей, жила душа, что рвалась к поэзии. Жизнь никогда ее не баловала даже по мелочам, но жизнелюбие било в ней ключом, и она впитывала все, что могло хоть как-то утолить жажду ее души, и чем больше она впитывала, тем сильнее и ярче сиял огонь ее души.

И что приготовил ей этот вечер? Грифф, чуть склонив голову, смотрел на запад, туда, где еще розовело небо. Меньше чем через час ее ждет нечто такое, от чего душа ее вспыхнет мириадами огней.

И больше всего ему хотелось быть рядом с ней, когда это произойдет.

В Воксхолле все было слишком помпезно, по мнению Полины. И мнение это она успела составить еще до того, как туда попала.

После высадки на другом берегу Полину еще долго подташнивало – оказывается, она страдает морской болезнью, хотя Темзе до моря далеко. Теперь им предстояло подняться по длиннющей крутой лестнице к парадному входу в парк увеселений. Чем выше они поднимались, тем громче играла музыка.

«Вот блин», – хотелось сказать Полине, но она произнесла это мысленно – уроки герцогини принесли свои плоды.

Сады ей не особенно понравились: зачем так насиловать живую природу? Все кусты имели форму правильных кубов – ни одной ветки не торчало. Деревья росли безупречно ровными рядами. По обеим сторонам садовых дорожек возвышались стройные колонны. Каждая из тропинок заканчивалась щитом с громадными живописными полотнами, но с расстояния не разглядишь, что на них изображено.