Пленница пиратов

Но должна же быть и другая жизнь, более интересная, более стоящая?

Здесь, на острове, ей постоянно приходилось быть настороже, но простая сельская жизнь в окружении честных людей могла оказаться гораздо более приятной, чем жизнь знатной леди.

Марибель покачала головой, улыбнувшись своим глупым мыслям. Капитан Сильвестр, может, и хотел ее, но он вовсе не собирался бросать свой морской промысел ради того, чтобы удовлетворять ее глупые капризы. Его ремесло казалось ей сомнительным, но оно было прибыльным. Если бы Сильвестр стал фермером, он бы за всю свою жизнь не заработал тех денег, которые он получал, захватывая торговые суда.

Все, о чем она тут размечталась, полнейшая чушь! Она должна принять то, что припасла для нее судьба. Сначала она должна войти в семью своей матери, а потом… ее сознание отказывалось думать об этом «потом». Оно представлялось Марибель темным тоннелем, по которому она должна идти, не сворачивая и не пытаясь вернуться назад.

Насколько проще жилось Анне! Она могла свободно отдать свое сердце пирату и ни о чем не думать. Анна могла жить на этом острове среди грубых людей, обитавших здесь. Как бы ей ни хотелось быть с Джастином, Марибель понимала, что она не смогла бы привыкнуть к такой жизни.

Она даже не знала его настоящей фамилии!

В ту ночь, лежа в постели, Марибель никак не могла успокоиться и уснуть. Кто он на самом деле? Что у него за семья и как его родные отнеслись к исчезновению Джастина? Знают ли они, что с ним случилось?

Было уже очень поздно, когда Марибель услышала, что он вернулся. Его шаги остановились у двери в ее спальню, а когда она услышала, что он тронул дверную ручку, у нее замерло сердце. Она знала, что дверь заперта. Марибель сама повернула ключ в замке из опасений, что Пайк может попытаться проникнуть к ней в комнату, пока Джастин занят делами. Теперь она уже жалела, что не оставила дверь открытой.

Что бы он сделал? Вошел к ней? Разбудил ее, обнял?…

Тело Марибель наполнилось томительной тоской, желанием ощутить прикосновение его рук. Не будь она так горда, она могла бы сама пойти к нему, но многие годы строгого воспитания не позволяли самой предлагать себя мужчине.

Если бы Джастин ее любил, он бы об этом сказал. Ей так хотелось, чтобы он подал знак, что хоть немного влюблен в нее!

Марибель так и не смогла уснуть. Ночь не принесла прохлады, а беспокойные мысли не давали забыться. Она встала, накинула поверх ночной рубашки тонкое покрывало и вышла в гостиную. В комнате по-прежнему стояла дневная духота, и она, отперев дверь, спустилась по небольшой лестнице, ведущей на веранду.

Полная луна на небе заставила Марибель почувствовать себя совсем одинокой. Сделав несколько шагов, она остановилась в том месте, откуда за обрывом виднелся океан.