Пленница Лютого

Алкоголь туманит рассудок, мешает говорить, отталкивать, просить. Пузырьки шампанского лопаются внутри, обжигая взрывами тепла.

– Не проси.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍"

"Сталкер разрешает великодушно, но делает всё, чтобы я это сделала. Срывается на дикий ритм, который я не могу выдержать. Входит в меня рывками, оставляет жгучие поцелуи на груди, втягивая кожу, прикусывая её зубами.

Я хватаюсь за Лютого, потому что другой опоры у меня нет. Обнимаю его за шею, впиваюсь пальцами в плечи, тяну короткие мягкие волосы на затылке. Мне нужно…

Нужно…

Хоть что-то.

Потому что мужчина проталкивает ладонь между наших тел, касается пальцами клитора. Тянет его, трогает, надавливает. Делает всё, чтобы у меня сердце разрывалось, не выдерживая этой грубой ласки.

Трет и трет.

Вверх и вниз.

Толкает к наслаждению, рывком забирает обратно.

Это похоже на качели, американские горки, меня несёт на сумасшедшей скорости, а потом ожидание, от которого ещё сильнее потряхивает. Меня бьет разрядами тока, пронизывает вспышками жара, тепла, разрушает этим наслаждением, которое я не могу выдержать.

– Не… попрошу.

– Не проси, златовласка. Кончай.

Машу головой, кусаю губы. Не хочу так, не после его разрешения. Цепляюсь за ускользающую реальность, стараюсь отодвинуться от мужчины, уйти от его касаний.

Лютый ловит мою голову, давит на затылок, сметает весь напор своими поцелуями. И продолжает терзать моё тело, заставляя рассыпаться от этой настойчивой ласки.

– Кончи, - рычит сквозь поцелуй, давит сильнее, и у меня не остается сил на сопротивление. – Блядь, да. Да, моя девочка.

Он говорит что-то ещё, шепчет, обещает, но я ничего не слышу. У меня собственные бомбы внутри взрываются, оглушают, оставляют после себя глубокие кратеры. Я словно поле боя, на котором не осталось ни одного живого бойца, способности бороться дальше.

Меня просто уносит, только не вверх, а вниз бросает, расшибая об твердую землю. Я не чувствую своего тела, сталкера, кажется, даже сердце перестает биться. Остается только чувство…

Будто всё исчезло, только наслаждение осталось.

Свобода.

Странная лёгкость, от которой так хорошо. Полная безграничная свобода.

Реальность возвращается рывками, вместе с движениями Лютого. Он так глубоко внутри меня, что это лишь сильнее продляет моё удовольствие. Меня трясёт под ним, а мужчина кончает. Делает последний толчок, оставаясь внутри меня.

Я стараюсь что-то сказать, но не получается. Голос не слушается меня, едва получается дышать. Лютый придавливает меня своим весом, его губы касаются моего виска, даже сквозь повязку давит.