Пленница греха

Я не настолько хрупкое создание, как вы себе вообразили. Да, я испытала шок, но сейчас я в порядке. Откуда у вас такое предвзятое отношение к женщинам? С какими девушками вы общались?

— Не могу сказать, что я общался со многими девушками, — сказал он прежде, чем успел напомнить себе, что, откровенничая со своей роскошной мучительницей, едва ли выберется из того затруднительного положения, в котором оказался.

С каждой секундой она все больше становилась похожей на себя.

— Вы меня удивляете.

Будь она неладна, почему он испытывает такое сильное желание оправдываться?

— Я говорил вам, что в Пенрине жили в основном мужчины.

Если не считать ветреных любовниц его отца, которые иногда поселялись в доме. Отцу его нравились женщины красивые и легкомысленные, и ни одна из его пассий не питала ни малейшего интереса ни к наукам, ни к любящему науку отпрыску сэра Баркера, за что Гидеон был им от всего сердца благодарен.

— Но когда вы уехали из дома…

— В шестнадцать я поступил в Кембридж и с головой ушел в учебу.

Задумчиво хмурясь, Чариз обхватила себя руками.

— Мужчины, что учились в университетах, из числа моих знакомых, во время учебы вели отнюдь не пуританский образ жизни.

Он мрачно улыбнулся:

— Подозреваю, что мужчины, которые ухаживали за вами, не были младшими сыновьями без перспектив. Я был намного младше и намного беднее тех, с кем вместе учился.

Будь он другим, будь у него другая жизнь, он непременно оказался бы среди тех, кто ухаживал за ней. Он непроизвольно вытянулся, словно физически сопротивлялся этой запретной мысли. Выбившийся из косы локон, подхваченный ветром, упал на ее губы. И снова Гидеона потряс острый приступ желания.

Дыхание его участилось. Наконец он справился с собой и пошел вперед, чтобы спуститься по тропинке первым на случай, если какой-то камень расшатался. Он знал, что побежден.

— Смотрите под ноги. Спуск крутой, а сегодня вы уже использовали по крайней мере три из своих девяти жизней.

— Спасибо, — поблагодарила Чариз. — Я знаю, что я для вас настоящее испытание.

Она понятия не имела, какое она для него испытание, и дай Бог, чтобы оставалась в неведении и дальше. От желания схватить ее в объятия сводило мышцы, а сердце стучало так, как когда она чуть было не упала вниз. Только на этот раз причиной его состояния был не страх, а похоть.

Вспомнив о том, как она чуть не упала, Гидеон замедлил шаг. Он с трудом подавил желание схватить ее руку на случай, если она споткнется. Но он не мог рисковать, провоцируя очередной приступ. Он проклинал себя и свое влечение.

Чариз спустилась на песок неподалеку от него и подошла к морю. В ярком свете ясного дня красота ее была броской, захватывающей дух.

— Так вы отправились в Индию, чтобы нажить себе состояние?

Опять вопросы, черт их дери.