Пленница греха

Но озорной огонек в его глазах заменил огонь чувственности.

Он закрыл глаза и прикоснулся губами к ее губам.

Чариз застонала от нетерпения и подалась ему навстречу. Никаких признаков обычного для него стремления избежать физического контакта не наблюдалось. Чариз мысленно возблагодарила Господа.

— Ты дразнишь меня, — хрипло проговорила Чариз.

— Есть немного. Сними шляпку, чтобы я мог сделать это, как подобает.

— Скорее, — сказала Чариз.

Он тихо рассмеялся и положил ей руку на затылок.

— Ты такая горячая, — пробормотал он.

— Тебе не нравится?

— Я этого не говорил.

— Гидеон…

— Тсс.

Нежная улыбка играла у него на губах. Очень нежно он прикоснулся губами к уголку ее губ. Он поцеловал ее в кончик носа. Коснулся губами ее подбородка. Между бровей.

— Поцелуй меня! — едва ли не со слезами воскликнула она.

Она не могла ждать.

— Я целую тебя.

Чариз дрожала от нетерпения.

— Поцелуй меня, как положено, — взмолилась она. — Или я сойду с ума.

— Мы оба сумасшедшие, — сказал Гидеон. — Да поможет нам Бог.

И так же внезапно мир обратился в пламя. Его губы накрыли ее губы с яростью страсти.

Она вскрикнула. Потом застонала от наслаждения. Она сдалась на его милость, приоткрыв губы.

Но он продолжал неукротимый натиск. Он просунул язык между ее губами. Затем лизнул их изнутри. Она замерла и напряглась.

Внезапно он поднял голову.

— Все в порядке, — ласково произнес Гидеон.

Чариз застонала и прильнула к нему.

— Какая сладкая маленькая женушка.

— Ты мучаешь меня, — сердито сказала Чариз, пытаясь поймать его губы губами.

— Ты мучила меня не один день. Я никогда не думал, что буду вот так тебя касаться.

— Но ты хотел?

Руки его скользнули вниз по ее спине, и он привлек ее к себе. Губы его, прижатые к ее губам, приоткрылись. Нежнее, чем раньше. Теперь она была готова принять в себя его язык.

Короткая атака. Отступление. Снова набег и более тщательное исследование.

За закрытыми веками вспыхнул ослепительный свет. Обжигающее наслаждение прокатилось по телу. Существовали лишь его губы, его язык, их обжигающее ласки. Она вскрикнула и прижалась теснее к нему, шире приоткрыв губы.

Он провел ладонями вверх и вниз по ее спине, и, где бы он ни касался ее, возникал новый жаркий водоворот чувств. Язычки пламени лизали ее кожу. И губы его, и язык продолжали властвовать над ее ртом, даря бесконечное наслаждение.

Робко она толкнула язык навстречу его языку. Он застонал от наслаждения и крепче сжал ее в объятиях. Язык ее осмелел, и вскоре то, что было его вторжением на ее территорию, превратилось в чувственный танец.

— Коляска не годится для занятий любовью, — сказал Гидеон.

— Вернемся в гостиницу?

Чариз прижалась к нему. Они любят друг друга.