Из ледяного плена

Или убили сразу, а потом возвращались зачем-то на дачу. Может, хотели вывезти тело, но не смогли.

– Глупость. Какая-то несусветная глупость, – простонал Зубов.

– А с чего мы взяли, что за рулем машины Борисова? – подала голос Ниночка Шанина. В голосе звучала все та же проклятая жалость. К нему, Зубову. – Может быть, преступник взял ее машину, чтобы подставить.

– Нет, за рулем именно Борисова, – вздохнул Мазаев. Ему Зубова было жаль ничуть не меньше. – Вот смотрите.

Он щелкнул кнопками на компьютере, и изображение на экране стало крупнее. На размытой пиксельной картинке тем не менее было хорошо видно водителя BMW, точнее водительницу. Первым, что бросалось в глаза, был хвост, собранный из африканских дредов. За рулем своей машины сидела та самая Велимира, которая утверждала, что не была на этой даче с лета прошлого года.

* * *Причастность Велимиры Борисовой сразу к двум убийствам не вызывала у следственной группы никаких сомнений. Однако непосредственно совершить эти самые убийства она точно не могла, а значит, теперь предстояло вычислить ее сообщника и найти неопровержимые улики, позволяющие отправить за решетку обоих."

"Наиболее вероятным кандидатом в сообщники считался Илья Корсаков – незадавшийся жених Борисовой, ученик Савелия Волкова, один из немногих допущенных в его квартиру и к тому же имеющий ключи от дачи Клима Кононова. Все вместе это выглядело крайне подозрительно.

На разработку Корсакова бросили все основные силы. Исключение составлял лишь Зубов, из-за отношений с Велимирой разумеется. Он прорабатывал версию причастности к убийствам бизнесмена Кононова. Но его отъезд в Китай за день до совершения первого преступления подтверждался данными авиакомпании и свидетельствами людей, отправившихся в командировку вместе с Климом. И внезапная простуда дочери, из-за которой бизнесмен вернулся в Питер на две недели раньше срока, также нашла свое подтверждение у частного доктора, наблюдавшего девочку с рождения.

Похоже, что Кононов действительно говорил правду. Его запланированный отъезд использовали настоящие преступники для того, чтобы заманить Волкова на пустующую дачу, а неожиданное возвращение спутало им все карты. Если бы не оно, труп оперного певца пролежал бы там еще две недели, еще больше осложнив время определения гибели, если не сделав его полностью невозможным.

И это обстоятельство тоже работало не в пользу Велимиры Борисовой. То удивление, с которым она встретила известие, что Кононов уже в Питере, вполне можно было счесть неприятным. Другими словами, оно явно не входило в ее планы.

Зубов долго собирался ее забанить в своем телефоне, чтобы подсознательно не ждать все время звонка, но в то же время знал, что она больше никогда ему не позвонит.