Ледяной плен

Со временем люди кое-как научились добывать некоторые виды полезных ископаемых и выращивать под геодезическими куполами овощи и злаки, наплевав на Мадридский протокол, который запрещал подобную деятельность в Антарктиде. Так что худо-бедно, но все-таки жили. Точнее, выживали. Со временем родилось даже несколько детей — тощих, бледных, с огромными запавшими глазами.

Кормились в основном пингвиньим да птичьим мясом, наведываясь в просторный ангар на российской базе «Новолазаревская», куда было решено свезти все запасы с остальных объектов. Эта операция значительно истощила запасы топлива для вездеходов, и с тех пор ими больше почти не пользовались.

После изнурительных трудов пингвинов удалось с грехом пополам одомашнить и начать разводить, обеспечивая регулярным пропитанием брошенных на произвол судьбы людей. Популяция пингвинов контролировалась местным Советом, все суточные пайки были строго нормированы, и самовольное истребление птицы каралось самой страшной мерой наказания — изгнанием из Коалиции, ссылкой в ледяную неизвестность. У снабженного скудным пайком и луком с пятью стрелами преступника оставался единственный шанс — найти другую станцию с помощью выдаваемого компаса, но пока это не удавалось никому. Поначалу особо строптивые не уделяли этой угрозе должного внимания, но когда после нескольких инцидентов виновного безжалостно выставляли вон, желающих нарушать новые законы резко убавилось.

С нашествиями морских леопардов, которые прежде никогда не нападали на человека на земле, удавалось справляться при помощи луков и самодельных арбалетов — с момента катастрофы сохранившиеся патроны и огнестрельное оружие берегли как зеницу ока, применяя их только в крайнем случае. После охоты огромные, сочащиеся кровью туши сразу пускались в расход: клыки и кости шли на оружие, жилы — на тетивы, остальное — на корм людям и зверью. Мясо было жестким и вязло в зубах, но выбирать не приходилось."

"Но самой страшной проблемой для обитателей Коалиции была сезонная миграция пингвинов с мыса Горн. Не забавных, облаченных в «смокинги» и семенящих вразвалочку увальней, а злобных, зловеще горланящих зверюг, которых сплошной волной черных туш выплескивали на ледяные берега Антарктики изменившиеся за двадцать лет подводные течения. Новый мир мог ожесточить кого угодно — ожесточил он и миролюбивых глуповатых птиц, не прибавив им разума, но озлобив их до невероятности. Схватки с морскими кочевниками не раз уносили человеческие жизни, как отчаянно ни сражались бы люди.

Конечно же грызлись и между собой.

…Среди случайно выживших в Последней войне оказался корабль австралийских ВМФ.