За всё надо платить

 — Разве мы с вами не можем разрешить мою проблему без нее?

— Так не полагается, — нахмурилась девушка. — Моя обязанность — принимать заказы и делать первую прикидку, кто мог бы подойти. А связывает заказчиков с переводчиками менеджер, мне не разрешается это делать.

— Танечка, я же не вчера родился, я прекрасно понимаю, что смысл работы агентства в том, что он связывает заказчика с исполнителем и берет себе за это комиссионные. Не смотрите на меня с таким ужасом, это суть работы любого агентства. На эти комиссионные содержится помещение «Лиры» и платится зарплата персоналу. Вам, естественно, меньше, чем менеджеру. Так что будет только справедливо, если за размещение одного, всего одного заказа комиссионные полностью получите вы сами. Никто ведь не узнает. А телефон Тамары Коченовой у вас наверняка есть.

— И все-таки я не понимаю, — упрямо возразила Танечка, — почему вы не хотите обратиться к Ларисе? Конечно, деньги мне нужны, врать не стану, но ведь они и Ларисе нужны. Почему же из нас двоих вы выбрали меня? Тем, более что вы Ларису еще и в глаза не видели.

Танечка оказалась девушкой без комплексов, угостила Николая кофе с печеньем и каплей коньяка, деньги взяла, а в обмен выдала ему адрес и телефон не только Тамары Коченовой, но и ее матери. Собственно, ради телефона и адреса матери все и было затеяно, потому что телефон самой Тамары у Саприна и без того был. Все переводчики, пользующиеся услугами «Лиры», должны были оставлять в агентстве сведения обо всех местах, где их в случае нужды можно быстро разыскать.

Саприн не сомневался, что дома Тамары нет. Конечно, он позвонил ей, приехал по указанному Танечкой адресу, убедился, что дверь квартиры ему никто не открыл, но все это не было для него неожиданным. Существовал стандартный набор действий для подобных случаев: соседи, старушки-пенсионерки около подъезда, мамаши возле детской площадки. Уже через час Николай знал, что Тамара уехала в Австрию две недели назад и до сих пор не возвращалась. Соседка с верхнего этажа была в этом совершенно уверена, потому что Тамара оставляла ей ключи от своей квартиры и просила через день поливать цветы. Раз за ключами не пришла, значит, не вернулась еще, это же ясно. Да и машина стоит, как она ее поставила две недели назад.

Саприн быстро оглядел светло-зеленые «жигули», на которые указала соседка Тамары, а выйдя из дома, прошел мимо них и чуть замедлил шаг. Похоже, женщина права, на машине действительно никто не ездил в течение нескольких ближайших дней — пыль на капоте и на лобовом стекле лежала ровно.

Он отправился в район Филевского парка, где жила мать Тамары. Та, к счастью, оказалась дома, но провела его в кухню и попросила подождать: у нее шел урок, и прерывать его не полагалось.