За всё надо платить

Чмокнув Настю в щеку, для чего ему пришлось задрать голову вверх, низкорослый Селуянов тут же по-хозяйски уселся за ее стол.

— Принесла? — только и спросил он.

Настя кивнула. Они с Колей давно уже задумывали сделать анализ работы оперативных аппаратов по выявлению очевидцев тяжких преступлений, совершаемых на улицах и в общественных местах. Долгое время до этого руки не доходили, наконец месяца два назад они все-таки собрались с духом и приступили к сбору данных. Для хорошего анализа, говорила Настя, нужна хорошая статистика. В данном случае «хорошая статистика» означала, во-первых, достаточно большой массив данных, а во-вторых, их точность. Они собирали сведения об адресах и местах работы тех лиц, которые были выявлены как очевидцы тяжких преступлений, и тщательно наносили эти данные на огромную карту Москвы.

Они расстелили карту на столе и склонились над ней.

— Вот смотри, — стала объяснять Настя. — Предположим, цифрой один, обведенной в кружочек, я обозначаю место совершения преступления. По этому преступлению на первоначальном этапе было выявлено десять очевидцев, то есть людей, которые видели либо само деяние, либо преступника. Четверо из этих десяти живут неподалеку, их адреса я обозначила цифрой один. Еще трое живут в других районах Москвы, но зато работают поблизости от места совершения преступления, потому и оказались там. Их места работы тоже обозначены единичкой, но обведенной квадратиком. И остальные трое не живут и не работают вблизи места происшествия, а оказались там случайно, например, шли в гости и так далее. Их адреса обозначены цифрой 1 со значком «с». Схема понятна?

— Угу, — промычал Селуянов. — И чего получается?

— А это уж ты сам смотри, чего получается. Вот тебе яркий пример: преступление, место совершения которого обозначено цифрой 3. Видишь, вот здесь оно было совершено. А теперь смотри, где у нас на карте тройки. По всей Москве разбросаны. То есть кто попался из случайных людей, тех и опрашивают, никакого целенаправленного поиска возможных очевидцев не проводится. Что такое поквартирный обход, все давно забыли. О том, что люди из вблизи расположенных учреждений ходят обедать, выбегают в магазин или за сигаретами, тоже никто не вспоминает. А уж о том, что в эти учреждения приходят посетители, вообще речь не идет. И это только на первый взгляд. Если мы с тобой покопаемся в этой схеме поглубже, еще что-нибудь вылезет.

— Бардак! — в сердцах бросил Селуянов. — Чего ж мы все такие неумехи стали, а? Обленились, что ли?

— Обленились, — согласилась Настя. — Но и очевидец теперь не тот, что раньше. Связываться с нами не хотят, добровольно в беседу с работниками милиции не вступают.