Пламя у границ империи

— И всё? Устные договорённости? Никаких контрактов, перстней, гарантий верности?

Турки воззрились на меня с недоумением.

Халиф мягко пояснил:

— Сергей, мы поклялись друг другу в присутствии членов своих семей и другого благородного. Ты — свидетель происходящего. Кроме того, при нарушении клятвы одним из нас, второй может распространить ментальные слепки с этим разговором через сны или телепатов. Это будет абсолютной потерей лица, уничтожением репутации. Поэтому да, нам не требуются никакие контракты.

— А перстень я не получил, потому что не хочу быть чьим-то вассалом, — улыбнулся Курт.

Эх, опять я сел в лужу.

Вещи очевидные, но лишь в рамках этого мира. Сверхспособности, действительно, переводят отношения в среде знатных фамилий на качественно новый уровень. Для меня новый.

— Глупость сморозил, — признал я.

Джан посмотрела на меня с лёгкой укоризной, но ничего не стала комментировать. И на том спасибо.

— Что ж, — я поднялся из-за стола. — Хорошо, что вы нашли общий язык, господа. Приятно было провести время в вашей компании, но сейчас мне нужно подготовиться к одному очень важному делу. Прошу меня извинить. Джан, поручаю наших гостей твоей заботе!

Махмуд и Назар тепло со мной распрощались.

Джан и Кара всё ещё сидели за столом, когда их отцы продолжили беседу. Слуги начали менять блюда, подав десерт, но меня это больше не интересовало. Свою миссию я выполнил. Разговаривать с Куртом мне было не о чем. А вот хорошенько отоспаться перед визитом к премьер-министру не помешает.

Переодевшись, я приготовил всё необходимое для вылазки. Одежду, перчатки, оружие. Трость и кусаригама меня не устраивали — слишком приметно. Да и нельзя никого убивать, задача совершенно иная. Так что я ограничился тычковым ножом — просто на всякий пожарный.

— Бродяга, предупреди жильцов, что с четырёх до половины шестого никуда выходить нельзя.

Я рассчитывал справиться за двадцать семь минут, но всегда есть место досадным случайностям. Жизнь, она такая. Многовариантная.

Чтобы не проспать, поставил будильник на половину четвёртого, да ещё и Бродягу попросил меня растолкать. То есть, разбудить голосом или мысленным сообщением. Если не услышу — разобрать постель. Или вывести под потолок душевую лейку, хо-хо-хо!

Раздав инструкции, я завалился спать.

И знаете что? Никто мне специально не снился, воспоминания из прошлых жизней не тревожили, кошмары в голову не лезли. Я провалился во тьму и проснулся от оглушительного звона.

Механический будильник — страшная сила.

Это известно всякому школьнику, заставшему советское время.

Даже мыслекоманды не нужны.

Открыв глаза, я пару секунд пролежал, уставившись в потолок. Луна заливала комнату серебром, на полу отпечатались тени от оконных рам.