Пробудившая пламя

– Толкнул я дверь и вошёл.

И лучше бы не входил! Тут не было даже необходимых удобств. Сквозь проплешины ковра был виден пол. Самое дорогое, что я здесь нашёл, это было зеркало в купальне и секретер в углублении.

Бумаги, книги, было видно, что какие-то забрали. Толстые тетради. А вот и доказательства того, что обозы готовила Ираидала. Все расчёты, списки, цены. Одна из последних тетрадей привлекла внимание датами. Аккуратно расчерченные страницы, когда и сколько получено, на что потрачено... Столбик подарки просто исчез. Развернулся к последней двери, гардеробная. Передо мной вырос Таргос.

– Послушай, хватит. У тебя и так глаза полыхают! – говорит он.

Просто отодвигаю его в сторону и захожу. Пустые несколько вешалок. Немного же Далли забрала с собой. Фактически детей и коня.

– Берс, я попробую объяснить... – попыталась влезть в мои мысли мать.

– Что дословно сказала Ираидала, когда отказалась выбирать подарки? – потребовал я.

– Я... Я не знаю, мне передали служанки. – Пискнула мать, видя моё лицо.

– Зови, живо. – Я уже хотел обратно на войну!

Дождаться обоза, чтобы знать, что ещё есть шанс, что не всё я уничтожил вот всем этим скотством. Не важно, сам или веря кому-то.

Служанка прибежала быстро, та же самая, что доносила майриме, когда я пришёл к ней.

– Я точно не помню, – начала мяться она, но по бегающим глазкам я понял, что это очередная ложь.

– Вспоминай! Или мне Таргоса без сна и отдыха оставить, чтобы он всё из вас вытрясал? – не стоит сейчас пытаться увернуться от ответа.

– Она... Она сказала...

– Хватит блеять! – терпение подходило к концу.

– Она сказала: " Всё это оплачено кровью. Мне не хочется таких подарков, лучше бы Берс поменьше воевал и подольше был рядом"! – выпалила и зажмурилась служанка.

– И как слова о том, что лари не хочет, чтобы я был на войне и никакие подарки это не изменят, смогла превратиться в заявление, что среди этого хлама нет ничего достойного? – прошипел я. – В нижний гарем на самую тяжёлую и грязную работу! Без права даже близко подходить к верхнему гарему или его обитателям. Сразу, как оправится после порки. Сорок ремней. Прямо сейчас! С теперь все вон!

Почти всех словно ветром снесло, только мать задержалась на пороге.

– Ты унизил меня, сослал, как последнюю наложницу в прачечную, лишил служанок... И за всё это я должна благодарить Ираидалу! – прошептала она.

– Только своё враньё! – ответил я, закрывая дверь.

Придя в свою комнату, я упал без сил на пол рядом с кроватью. Стук в дверь удивил. Оказалось, наш повар принес тонкие сладкие блинчики, горький отвар и кизиловое варенье. Опять оно! И причём получал я такой приём каждый раз, возвращаясь из похода домой.

– Чей приказ? – сразу решил уточнить я.

– Ну... Это... Лари, которую нельзя называть. – Нашёлся повар.