Кровь Пламенных

Эльф покосился на него и спросил:

— Уверен?

— Я делал этот амулет, — пояснил темный. — И потом я осмотрел его. Магия Ллавена сработала первой.

— Я был там, — магистр повесил лук за спину и вытащил хаотаки. — Я не видел и не чувствовал эльфийской магии. Только Пламя."

"Темный пожал плечами в ответ. Учитель и ученик прошли немного вглубь кладбища и эльф сказал:

— Дальше я пойду один. Делай свои дела здесь и не высовывайся. Нежить, скорее всего, придет на твою магию. Так я быстрее смогу зачистить это место.

— Вы меня поэтому взяли? — усмехнулся Миран. — Я хорошая приманка?

— В том числе, — бесстрастно ответил эльф и растворился в темноте.

Миран немного подождал и опустился на колени перед ближайшей могилой. Разложил перед собой камни, потом достал из-за отворота рукава бритвенное лезвие. Поморщился и отстраненно подумал, что за последний год использование темной силы стало привычным. Он легко вспорол себе ладонь и почувствовал, как магия, спящая в его крови, просыпается. Черный дым начал подниматься вверх.

— Дарел, Хайран, — позвал он.

Два сгустка призрачного света вылетели из черного дыма и ткнулись в его щеку. Холодные. Обжигающе холодные, но все же родные. Миран прикрыл глаза и шепнул:

— Я тоже скучаю по вам.

Затем духи, повинуясь его мысленной просьбе, унеслись прочь. Он делал росчерк за росчерком. Вливал свою магию в камни, которым предстояло стать основой ловушки для мроу. Затем проколол палец. Тяжелые алые капли оросили каждый из камней. Кровь впиталась в них. На мгновение амулеты засветились изнутри темно-багровым. И все стихло.

За спиной раздался шорох. Темный резко оглянулся и потерял дар речи. Рядом с ним стоял огромный пес, сотканный из такого же дыма. От гончих крови, которых он призывал на летнем экзамене, его отличал только размер и светящиеся белые, как снег, глаза.

И то, что он его не призывал. Темный скользнул взглядом по рукам и убедился, что не сделал ни одного случайного пореза или царапины. И увидел, что черный камешек, который магистр Лин вплавил ему в амулет, будто светится. Юноша прищурился и повел носом. Странную собаку и камень будто связывала едва заметная нить. Миран напрягся, вспоминая древний язык, а потом произнес:

— Что тебе нужно? Кто ты?

Тот распахнул пасть и… зевнул. Затем потянулся, деловито обнюхал Мирана и растаял в воздухе. Юноше осталось только удивленно открыть рот. Камень на браслете перестал светиться.

Миран с сожалением оборвал нити, которые связывали души его братьев и перевязал ладонь. От раны по его телу распространялся могильный холод. Он поморщился, собрал амулеты в мешочек и встал. Затем поднес к глазам браслет. Амулет выглядел также как прежде. И только накрыв его порезанным пальцем, темный ощутил внутри крохотную нить чужой магии.