Рожденная в пламени ночи

Её сознание, блокируя страх и прежние кошмары, стремилось испытать хоть какую-то радость. И тело решило ему в этом помочь.

Игорь целовал жадно, но не грубо. Он легонько сминал губы, проводя по ним языком, и кончиком пытаясь проникнуть вглубь рта. Он, помня о том, что минуту назад в ванной комнате побывала Тень, старался не терять контроль над эмоциями. Мало ли что…

Но как это трудно было сделать! Кто бы знал! Наконец-то, Ева будет его! Наконец-то, её тело примет его! Наконец-то, он может целовать её до одури, до умопомрачения, до темноты в глазах.

Она его.

Продолжая удерживать девушку на весу и не отрывая голодных губ от её рта, Игорь двинулся в направлении спальни. Обойдя валяющуюся на полу дверь, он прошёл к кровати, и, не размыкая их тел, опустил Еву на прохладную простынь, а сам лёг сверху.

Ева пискнула, попытавшись освободиться. Её глаза распахнулись и тотчас натолкнулись на дикий взгляд вампира. Девушка замерла. Она впервые видела глаза мужчины столь близко и поразилась пылающему в них огню. Зрачок увеличился и заполнился черным цветом. Цветом ночи. Но не это было самое удивительное — Еве уже доводилось видеть черноту в глазах Игоря. Она заметила небольшие красные всполохи.

И странное дело, вторая темная сущность не вызвала в ней отвращения, напротив, Ева, продолжала, не мигая, изучать его глаза, почувствовала, как по её телу стала распространяться волна теплоты. Она зародилась в области груди, и стремительно потекла в разные стороны — к голове, к самой макушке, и к бедрам, далее к ногам, к самым кончикам пальчиков.

Язык Игоря настойчиво продолжать атаковать её губы, и Ева чуть приоткрыла их. И тотчас почувствовала, как он вторгся в её рот, принявшись жадно пить ту толику сладости, что она дала ему.

Игорь бесновался. По другому, ту стихию эмоций, что неудержимой лавиной обрушилась на него, назвать было нельзя. Его сильное натренированное тело, знавшее самые изощренные ласки тысяч женщин, среди которых были великие куртизанки, вспыхнуло от простого соприкосновения с хрупким телом ведуньи. Девушка лежала на кровати, продолжая удерживать его ногами, раскинув безвольно руки по простыням.

Игорю же хотелось, нет, требовалось, чтобы она обняла его за плечи, чтобы запустила маленькие коготки в его кожу, ему было необходимо чувствовать, как его бедра соприкасаются с её, как его грудь впечатывается в её холмики.

Он утробно зарычал и на мгновение оторвался от сладких губ, чтобы яростно выдохнуть:

— Какая же ты…

Он не договорил.

Нежная?

Трепетная?

Желанная?

Ева растерялась. Его глаза, смотрящие на неё с ничем не прикрытой жаждой, ввергали её в пучину ранее не изведанных чувств.