Королева пламени

Желающие снискать божественной помощи должны были оставлять прошение жрецам, а те передавали соответствующему богу — конечно, за вознаграждение.

Из храма донесся дикий крик, заметался эхом среди гранитных стен. Илтис и Бентен выхватили мечи. Лирна махнула рукой на предостережения Илтиса и направилась на круглую площадь в центре храма. Там аспект Каэнис сидел на корточках над братом Люцином. Старик лежал на спине с лицом, перекошенным от ужаса и боли, на губах пузырилась пена.

— Ему захотелось увидеть храм до того, как его забросили, — объяснил аспект, осторожно придерживающий вздрагивающего брата."

"— Опрометчивая попытка, — заметила Мудрая и указала на приземистый каменный постамент неподалеку. — Их боги были щедрыми, но всегда голодными.

Постамент был трех футов высотой, узкий, с полукруглой выемкой на коротком ребре. Под выемкой на уровне земли в камне вырезали чашевидное углубление. От него уходили канавки к окружающим постамент пирамидам.

Брат Люций перестал дрожать, застыл с широко раскрытыми, остекленевшими от ужаса глазами.

«Кровь, — глядя на постамент, подумала Лирна. — Столетия дождей и ветров начисто выскребли камень, но когда-то он постоянно был красным. Здешний народ всегда проливал кровь. В давние времена кровь лили, чтобы насытить чудовищ своего воображения, теперь кровь пьют, чтобы изгнать призрак смерти. Избавление от богов не изменило здешних людей».

С битвы при Зубах она не видела снов, ложилась спать и проваливалась в забытье. Хотелось бы считать столь безмятежный сон наградой чистой, довольной жизнью душе, но, по правде говоря, причиной стала попросту усталость. Каждый день был полон дел и хлопот. Потому Лирна не сразу поняла, что ее босые ноги не по-настоящему ступают на каменный пол храма. Сон неторопливо и неумолимо привел королеву к постаменту, красному, как во времена, когда храм управлял жизнью столь многих обманувшихся душ, скользкому сверху донизу. Кровь переливалась через край каменной выемки, текла по каналам к безмолвным домам богов.

Рядом с постаментом стояла ужасающего вида женщина с ножом в руке. Когда-то синее платье стало черным от крови. Лирна видела, что платье было очень богатым и мастерски сшитым, достойным принцессы. Взгляд королевы остановился на лице женщины, жутко обожженном, с обуглившейся кожей, обнаженной воспалившейся плотью. От ожога еще поднималась едва заметная струйка дыма.

— Я долго ждала, — свирепо глядя на Лирну, с укором сказала женщина.

— Чего? — удивленно спросила королева.

— Не чего, а кого. Тебя, конечно, — проговорила женщина и махнула рукой.

Из тени вышел юноша невысокого роста, но с приятными тонкими чертами лица.

— Твоим почитателям не терпится принести жертву.