Дантисты тоже плачут

То ли учителя оказались жалостливыми, то ли им понадобились зимние сапоги, но Свету не трогали.

Получилась странная картина: девочка посещала элитарную школу и часто не имела возможности поесть как следует.

– Почему не носишь с собой завтрак? – как-то спросила ее соседка по парте Нелли.

– Не хочу толстеть, – гордо ответила Светлана.

Но Нелли, очевидно, что-то поняла и на следующий день молча протянула ей бутерброд с ветчиной и кофе в термосе. Так началась дружба.

Родителям Нелли нравилось, что дочка подружилась с титулованной особой. Они старательно не замечали штопаных чулок и поношенной одежды аристократки. Постепенно Светлана стала своим человеком в семье и лучшей подругой Нелли.

Будущая госпожа Резниченко ни разу не зашла в гости к Оболенским. Светлана стеснялась матери, которая к тому времени принялась пить запоями. После школы дороги подруг разошлись. Светлана была вынуждена учиться на парикмахера, Нелли начала изучать искусство в Академии художеств. Потом они обе разом вышли замуж. И снова Нелли повезло больше. Светлане достался пьянчуга Лешка, подруге – подающий надежды Владимир. Правда, Светлана недолго пробыла замужней дамой и опять принялась частенько заглядывать к подруге. Но тут возникло препятствие. Владимир невзлюбил Оболенскую и всячески старался помешать ее встречам с женой. Но не тут-то было. Светлана хладнокровно не замечала намеков и колкостей.

Тогда Резниченко изменил тактику. Однажды он назначил подруге жены встречу в кафе и, когда удивленная Светлана пришла на свидание, предложил сделку. Он купит ей небольшую квартиру в дешевом районе, обставит ее всем необходимым, даст закадычной подружке жены еще и небольшую сумму денег. Условие приобретения всех этих благ одно – Светлана больше никогда не придет в дом к Резниченко.

Оскорбленная женщина позвонила подруге и рассказала о хамском предложении стоматолога. Но Нелли неожиданно встала на сторону Владимира, заявив о нежелании перечить мужу."

"– Извини, – сказала она Светлане, – но, если Владимир против, больше не могу с тобой встречаться. Да и зачем, у нас ведь не осталось ничего общего.

Оболенская швырнула трубку на рычаг, больше они никогда не встречались.

Выслушав историю до конца, я спросила:

– Правда ли, что Нелли сделала аборт?

– Ах, аборт, – наркоманка усмехнулась. – Сделала, только зря. Думаете, это я толкнула на операцию? Нелли ужасно не хотела детей. Они не вызывали у нее никаких радостных эмоций. К тому же подруга боялась испортить фигуру. Владимир, наоборот, мечтал о ребенке и никогда бы не простил жене аборта. Вот она и дотерпела до последнего, все ждала, пока он куда-нибудь уедет. И дождалась, а когда пошла к незнакомому врачу на аборт, тот ее огорошил, заявив, что не станет делать операцию.