Дантисты тоже плачут

– Деньги не имеют значения.

Директор понимающе кивнул головой и спросил:

– В чем ваша проблема?

Я искренне удивилась:

– Какая проблема?

Мужчина вздохнул:

– Понимаю, что неприятно трясти грязным бельем, но, если хотите, чтобы педагоги помогли ребенку, лучше рассказать правду. Итак, в чем дело? Воровство, пьянство, наркотики, мужчины, ранняя беременность?

– Не настолько ужасно. Подростковая грубость, непослушание. Стала хуже учиться, воткнула в нос серьгу…

Директор внимательно посмотрел на меня.

– Все это издержки возраста, гормональный всплеск. Наверное, следует отвести ребенка к психологу. Наш интернат не приспособлен для таких простых случаев. К сожалению, здесь дети с более серьезными бедами. Вашей девочке вряд ли нужна наша суровая дисциплина. Попробуйте поговорить с ней по душам, иногда действует. А к нам – не советую.

– Что же сделала Ева Резниченко, раз вы приняли ее?

Мужчина улыбнулся:

– Если стану обсуждать ваши проблемы с другими родителями, какова будет ваша реакция? Мы, подобно врачам, должны хранить тайну.

– Тут особый случай. Девочки близко дружат, Ева проводит у нас выходные.

– Тогда внимательно следите за ними. Девочка употребляла наркотики.

Я ехала домой, еле сдерживая гнев. Ну, Владимир, ну, негодяй. Засунул несчастного ребенка в исправительное заведение, да еще наркотики приплел.

Едва успев войти в дом, я принялась названивать стоматологу. Он оказался в клинике и не выказал никакой радости по поводу нашей скорой встречи.

Влетев в его роскошный кабинет, я дала волю чувствам.

– Владимир, зачем отдали Еву в интернат?

Дантист спокойно раскурил сигарету и предложил:

– Коньяк? Кофе?

– Ничего не хочу, кроме ответа на вопрос.

Стоматолог посмотрел в окно и спросил:

– А зачем вмешиваетесь в мои семейные дела?

– Маша полюбила Еву и не может равнодушно слушать ее рассказы о новой школе. Знаете хоть, что это за заведение? Там собраны криминальные, порочные дети, которых родители прячут от правосудия. Неужели не жаль дочку?

Владимир продолжал молчать. Я ринулась дальше:

– Девочка была заброшена вами всегда. Нелли только лупила ребенка да ругала за плохие отметки. Почему не наняли репетиторов, вроде не нуждаетесь? Стоило мне позаниматься с ребенком французским, и Ева перестала получать двойки. Конечно, она не светоч разума, но абсолютно нормальная девочка. Как только не стыдно!

Пришлось остановиться, чтобы перевести дыхание. Неожиданно Владимир ласково улыбнулся:

– Даша, дорогая, к чему такой пыл? Ева сложный ребенок с непростым характером. Частенько привирает, капризничает, таскает деньги. Трудно уследить за ней, можно упустить девочку. Согласен, в интернате суровые условия, но это то, что сейчас нужно.