На пятьдесят оттенков светлее

Он еще раз вздыхает с раздражением.

— Что ты хочешь знать? — Его голос покорный как и он, дающий мне волю. Я отклоняюсь — я не думала, что он отпустит меня. Беря мою руку, он опускается вниз, чтобы поднять мое письмо с пола.

— Много чего, — бормочу я, позволяя ему проводить меня к дивану.

— Садись, — командует он.

«Некоторые вещи не меняются», — размышляю я, делая то, что мне сказали. Кристиан садится рядом со мной и наклоняется вперед, кладя голову на руки. О нет. Это слишком тяжело для него? Затем он садится, проводит обеими руками по своим волосам и поворачивается ко мне, одновременно выжидающий и смирившийся со своей судьбой.

— Спрашивай, — говорит он просто.

О. Это легче, чем я думала."

"— Почему увеличена охрана твоей семьи?

— Хайд угрожал им.

— Как ты узнал?

— Из его компьютера. В нем были персональные данные обо мне и остальной части моей семьи. Особенно о Каррике.

— Каррик? Почему он?

— Я пока не знаю. Пойдем спать.

— Кристиан, скажите мне!

— Что тебе сказать?

— Ты очень… раздражен.

— Как и ты. — Он впивается взглядом в меня.

— Ты не увеличил охрану, когда впервые нашел информацию о твоей семье в компьютере. Итак, что случилось? Почему сейчас?

Кристиан сузил глаза на меня.

— Я не знал, что он попытается сжечь мое здание, или… — Он замолчал. — Мы думали, что это была навязчивая идея, но ты знаешь, — пожимает он плечами, — когда ты все время перед глазами публики, люди интересуются. Это был случайный материал: новостные репортажи обо мне и о том, где я. Я в Гарварде — моя гребля, моя карьера. Репортажи о Каррике — касательно его карьеры и карьеры мамы, и кое-что об Элиоте и Мии.

Как странно.

— Ты сказал «или», — подсказала я.

— Или что?

— Ты сказал: «попытается сжечь мой дом, или…», ты собирался сказать, что-то еще.

— Ты голодна?

Что? Я хмурюсь на него, а мой желудок заурчал.

— Ты ела сегодня? — Его голос более строг, а его глаза застывают.

Я предательски покраснела.

— Как я и думал. — Его голос обрезается. — Ты знаешь, как я отношусь к тому, что ты не ешь. Идем, — говорит он. Он стоит и протягивает руку. — Позволь мне накормить тебя. — И он снова меняется… сейчас его голос полон чувственного обещания.

— Накормить меня? — шепчу я, в то время как все ниже моего пупка тает.

Это, — как обычно, — типичное отвлечение внимания от того, что мы обсуждали. Не так ли?

Это все, что я получу от него сейчас?

Приведя меня на кухню, Кристиан берет барный стул и ставит его с другой стороны стола.

— Садись, — говорит он.

— Где миссис Джонс? — я впервые замечаю, что ее нет, когда сажусь на стул.

— Я отпустил ее и Тейлора на всю ночь.

О-о.

— Почему?

Он пристально смотрит на меня, готовясь нанести удар и его высокомерное развлечение вернулось.

— Потому что я могу.