Пьяная боль

— Как тебя зовут? — спросила я, желая знать имя спасительницы своего ребенка.

— Даша, — ответила она, тепло улыбнувшись.

— А меня Полина, — улыбнулась ей в ответ и, чтобы она первой не задала мне этого вопроса, решила сыграть на опережения. — Тебя тоже парень бросил, да?

Я, конечно, многое утаила, но откровенничать сейчас я была не готова.

— Скорее, я его, — улыбка Даши заметно угасла, отчего мне стало неловко за вою случайную бестактность.

— Ты сильная. Спасибо тебе, — попыталась я её успокоить и, не давая себе в этом отчета, сжала ее теплую ладонь, привлекая к себе внимание. — Если родиться дочь, то я назову её Дарьей. Красивое имя.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Спасибо, — ответила она, выдохнув с долей облегчения, и легкая улыбка вновь осветила красивое лицо. — Мне пора. А ты больше не делай глупостей.

— Не буду, — произнесла я уверенно, глядя на то, как девушка заходит в подъехавший автобус.

Жаль, нам с ней не по пути. Думаю, у нас нашлись бы общие темы и одна общая боль на двоих.

Примерно через полчаса подъехал и мой автобус, который доставил меня домой.

Испытывая легкое головокружение от того, что весь день не ела, вошла в квартиру и бросила рюкзак в прихожей. Навстречу мне из кухни вышла мама, трясущимися руками, вытирая дорожки слез.

— Полина? — спросила она, словно не веря своим глазам. — Ты же говорила, что сегодня останешься в клинике.

— Передумала, — пожала я плечами, ощутив, как свело желудок от царящих ароматов выпечки внутри квартиры. — Булочки с маком, все-таки, победили.

— Доченька! — воскликнула мама и бросилась мне на шею, отчего я не смогла удержать равновесие и вместе с ней села на пол в прихожей, чувствуя, как ее тонкое тельце содрогается от рыданий. — У нас все будет хорошо. Теперь все будет хорошо, я обещаю. Клянусь.

— Не подведи, мам, — произнесла я осипшим от слез голосом, позволив себе впервые за долгие годы обнять единственного родного человека. — Только не подведи.

Глава 32. Дэн

Монотонный писк медицинского оборудования давит на нерв.

Курить хочется до зуда зубов.

Врачи, наконец-то, разрешили сидеть, правда, на одной ягодице, но это уже гораздо лучше, чем лежать целыми днями задом кверху.

Напротив меня в постели своей палаты лежит Арчи — человек, ради которого я, не задумываясь, рискну своей жизнью снова.

То же самое он делал и сделает для меня.

Несколько дней назад он пришел в себя и первое слово, которое он сказал, было «Даша». Девушка, имя которой он помнил и шептал, находясь на краю смерти. Но она скрылась и мой отец сделал все от него зависящее, чтобы ее было невозможно найти, если не знать ее нового имени.

Я не знаю.