Боги, пиво и дурак

Я ничего такого не знал, но перебивать Леандра не стал.

— Говорить они могут, но только с тем, кого признают своим хозяином. А поскольку мастер Янус не очень-то хотел, чтобы ученики в школе знали, что у нас тут есть особь ее вида, было проще сказать, что девушка просто немая. Ники вообще-то здесь быть не должно, мастер ее не совсем законно выкупил у палача два года назад.

— А как она попала к палачу?

— Да понимаешь, когда Нику сдали в заведение, она в панике искусала половину гостей и обслуги. А за нападение на человека всем звероморфам полагается смертная казнь. Такие вот дела… А еще с нее взяли честное слово, что зубы свои она в школе показывать не будет — верно, Ника? — зыркнул старик на свою протеже из-за плеча. — Тебя же здесь никто не обижает. Вот какими глазами ты теперь будешь на мастера Януса смотреть, когда он узнает?..

— Он не узнает, — быстро ответил я. — И не только он. Я никому ничего лишнего не скажу, даже не сомневайтесь. Да и виноват я сам — нечего было руки тянуть, куда не просят. Да, Ника? Ты уж извини…

Она подняла голову и посмотрела на меня с такой нежной робостью, а ушки так трогательно приподнялись из кудрей, что я опять, как дурак, невольно протянул руку, чтобы коснуться ее макушки.

Но вовремя одумался.

И в тот момент, когда моя ладонь застыла в воздухе, Ника вдруг неожиданно сама коснулась ее виском, смущенно зардевшись и опустив глаза.

Милота!..

Я непроизвольно расплылся в улыбке и ласково погладил кошкодевочку по голове.

— Спасибо за доверие, — сказал я.

— Давайте уже есть, а то остыло все, — ворчливо проговорил Леандр.

Яичница в стиле Леандра была огнедышащей даже несмотря на то, что действительно остыла. И очень вкусной. Мы втроем быстро с ней разделались, и Ника принесла глиняные кружки, вчерашний белый хлеб и молоко в большом коричневом кувшине. Я принялся разливать питье, и в этот момент с улицы донесся громкий пронзительный вскрик, будто кто-то одним махом вырвал у гигантского петуха хвост.

От неожиданности я чуть не уронил кувшин.

— Это что еще такое?.. — спросил я у Леандра.

— Ты про вопль? Это наша бронзовая птичка подала сторожевой сигнал. Кто-то едет к нам, только и всего. Минут через десять в школе будут какие-то гости. И, кстати, ты мне до полудня не понадобишься, так что можешь пойти посмотреть и тренировку, и что там за гостей нелегкая принесла. А нам пора выпечкой заняться…

— Спасибо, — искренне поблагодарил я старика.

Потом залпом выпил свое молоко и направился к выходу.

После душного кожаного суперсета палача в тонкой и дышащей одежде было блаженственно. Я достал из кармана курево, взял папиросу и принялся возиться со спичками.

Как бы я не выпендривался на кухне, рука после укуса действительно болела.

Тем временем топот копыт становился все громче.