Питбуль для училки

Да, это, наверное, нелегко, когда ты знаешь своего друга как облупленного, а он берет и женится на твоей сестре. Но меня это не касается, сами разберутся. Мне бы тут со своим и в себе."

"Я взял листок, что лежал на столе перед Боевым, пробежался глазами и, буркнув «спасибо», свалил из кабинета, оставляя мужиков.

Сел в свою тачку, прочитал еще раз написанное. Адрес проживания Крупениной Е.В. Почти соседи мы, оказывается, а никогда и не пересекались. Или не замечал. Нет, ее не пропустишь. Просто вечно в командировках и разъездах, в башке одна работа. Место работы – гимназия номер тридцать четыре, учитель младших классов. Училка мне обломилась. Щурилась, близорукая немного, по ходу. Очки, значит, носит. На работе уж точно. Представил мою Лену всю такую в строгой одежде, с волосами, собранными на затылке, и в очках. Член тут же ширинку подпер, яйца как в кулаке кто стиснул. Она. И гадина фантазия сразу вскачь: как на коленях она такая передо мной, а я чуть не кончаю, только контур губ ее головкой мокрой обведя. Возьмет сама, или просить заставит? Я попрошу, мне не влом. Как на столе ее трахаю, лодыжки тонкие на моих плечах, взглядом бесстыжим уткнулся между ног ей, смотрю и засаживаю, смотрю и засаживаю. А она опять, как той ночью в машине, мечется, как в горячке, гнется дугой, внутри сжимает до красных всполохов перед зенками.

Тряхнул загудевшей башкой, приводя себя в ум. Корнилов, Лена хороша, но секс – это всего лишь секс. Глаза закрой с любой, и сильно ли отличаться оно будет? Надо оно мне сейчас? Вообще?

– Вот посмотрю еще раз и решу, – буркнул самому себе в зеркало заднего вида и тронулся.

Чую, одними смотринами не обойтись. Тут распробовать надо как следует.

Глава 12

Я уже давно собрала вещи первой необходимости, чутко прислушиваясь к храпу Сергея, а Федька все не просыпался. Пощупала лоб: не горячий, наоборот, потный и прохладный. Бледный очень, но дышит ровно. Такой крепкий сон для него ненормален, пусть я и рада, что он не стал свидетелем произошедшей между мной и мужем отвратительной сцены. Дети такого видеть не должны. Уж не в его возрасте. Лучше никогда. Вот поэтому я и торопилась собраться, чтобы подобное не повторялось. На самом деле, после пьянок муж редко просыпался раньше вечера, и причин спешить не было. Но моя неестественная смелость испарялась пропорционально тому, как все сильнее болели ушибленные места, да и находиться с Сергеем под одной крышей уже было невыносимо. Я буквально не могла дышать. Колотило от мысли, что все может повториться. Проснувшись, Федька все равно оставался вялым и даже есть отказался. Я отнесла сумки в машину, собрала ему с собой бутербродов, постояла на кухне, колеблясь, и все же написала мужу записку. Жить с ним больше не хочу, насилие терпеть не буду, подаю на развод. Все.