Участковый: От стажера до ведьмы. От кодексов до ритуалов. От пистолета до кольца

– У меня речь о случайности не идет. Увы…

Ирина обратилась в слух.

Светлана Сигизмундовна, как легко догадаться, была наполовину полькой, католичкой…

Возраст, пенсия копеечная, родных-близких нет. Что было?

Одна вещь, которую она не продала ни в каких бурях и передрягах. Старинное серебряное распятие, уже почерневшее от времени и нелегких условий эксплуатации.

Висело оно на стене в комнате.

А потом висеть перестало.

Светлана Сигизмундовна ходила в поликлинику, вернулась домой, а распятия в комнате и не было. Куда бежать? Кого обвинять?

Первым делом она позвонила… Нет, не в полицию, а старой подруге, за сочувствием. И Риточка рассказала Светочке о милой девочке Ирочке. Пообещала навести справки… Оказалось, что Ирина работает участковым. Да еще и на ее участке.

Как тут не позвонить? Не попросить помощи?

У Ирины отказать язык не повернулся.

– Давайте для начала я побеседую с вашими соседями?

– Это очень своеобразные люди, Ирочка…

Ирина пожала плечами.

Действительность превзошла все ожидания.

Не успела Ирина коснуться такой же обшарпанной двери, как из нее выскочила тетка лет шестидесяти, толстая, в фиолетовой майке, порванной под мышкой, и какой-то замызганной юбке (полы ей, что ли, мыли?), и заверещала.

– Врет Светка все! Вы ей не верьте!!

– О чем она врет? – поинтересовалась Ирина.

– Никого моя Милочка не водит! И не водила никогда…

Из-за спины тетки высунулась вторая, помоложе. Худая, крашеная, но при этом – копия своей матери. Вот как у нее так получилось?

– Не вожу! Я личную жизнь устраиваю…

– А это что у нас за явление такое?!

Первой мыслью Ирины было – кто бизона кастрирует? Судя по реву, над несчастным животным издевались без наркоза.

Ирина обернулась и увидела здоровущего мужика, который надвигался на нее всей тушей.

И вовсе Ирина была не виновата. Так само получилось.

– Приятно познакомиться, – протянула руку она.

Мужик протянул свою лапищу, чтобы сграбастать ее, задел веревку с бельем, отмахнулся, получил по макушке тазом, висящим на стене, выругался, повернулся, споткнулся о калоши и рухнул с высоты своего роста. Сверху загремел второй таз.

– Наверное, надо вызвать «скорую помощь», – задумалась Ирина.

– Да проспится Витька, как новый будет, – отмахнулась девица. – Сейчас Катька придет, затащит свое сокровище домой…

– А дети у него есть?

Оно и к лучшему. Обезьян в джунглях и так хватает.

– Тогда побеседуем с вами. Итак, участковый уполномоченный, лейтенант Алексеева. Где будем беседовать, здесь – или на кухне?

– На кухне, – выбрала мама. И потопала по коридору, мимо поверженного колосса, пригласив Ирину следовать за собой.

Засранная кухня. Загаженная плита. Пол, к которому ботинки прилипают.