Письмо ни от кого

Вся надежда, что Самошкина с первого же дня закроют в карцер, и он будет сидеть один.

– С опознанием все понятно. Андрей Николаевич, что у тебя?

– В спорткомплексе «Динамо» на постоянной основе работает двенадцать молодежных спортивных секций. Вход в здание спорткомплекса свободный, никакого учета посетителей нет в принципе. Я поинтересовался в спортотделе областного УВД, сколько у нас в городе проживает профессиональных спортсменов, числящихся за областным советом «Динамо». Шестьдесят пять человек – целых два взвода бездельников и дармоедов! Хоккеистов среди них пятеро, все фактически проживают в Новосибирске, а к нам только за зарплатой приезжают.

– У них в Новосибирске база? – уточнил Малышев.

– И спортбаза, и стадион, и семьи там. У нас они только числятся.

– Что думаешь делать?

– Ничего. Я не хочу Майковой показывать несколько десятков фотографий. Да и кого показывать? Тренеров детских секций, спортсменов? А если наш так называемый «тренер» не имеет вообще никакого отношения к «Динамо»? Он мог зайти проведать знакомого или узнать, как у его младшего брата успехи в спортивной секции. Я боюсь, что при просмотре фотографий у девчонки глаз «замылится», и мы лишимся потенциального свидетеля. Мое мнение – ее надо оставить до проведения настоящего опознания. Найдем «тренера» – предъявим. Нет, так нет.

– Согласен, – поддержал меня Малышев.

После ухода Клементьева я показал Николаю Алексеевичу личное дело агента «Стрекоза».

– Да ну! – усомнился он, ознакомившись с установочной частью. – Начальник УВД не подпишет такую линию. Придумай ей что-нибудь другое, кражи и грабежи, например.

– Ничего не буду переделывать! – рубанул я. – Если Большаков против вербовки, пускай наложит свою резолюцию. Я считаю: хватит нам голову в песок прятать. Мы не страусы. Пора открыто заявить: есть у нас в городе организованная преступность и есть проститутки. Бороться с новыми явлениями в преступном мире можно только прогрессивными методами.

Малышев хмыкнул, пожал плечами и написал в соответствующей графе: «Согласен».

В понедельник начальник городского УВД Большаков, не задав ни одного вопроса, подписал личное дело «Стрекозы». В областном управлении моего новшества не заметили и поставили нового агента на учет.

Глава 19

Новый расклад

В понедельник днем в областную прокуратуру, обком КПСС, редакции газет «Советская Сибирь» и «Комсомолец Сибири» пришли письма одинакового содержания: «Взрыв в кафе «Встреча» – это только начало. Список у нас длинный. Белая стрела».

Судя по почтовому штемпелю, все письма были сброшены в почтовый ящик у главпочтамта второго января. Адреса на конвертах были написаны шариковой ручкой печатными буквами, текст писем напечатан на машинке.