Письма (СИ)

Но вокруг зима»… Это ты писал МНЕ!

- Тебе? Не-е-ет, это я Лютику писал… Отвали! – он начинает закипать? Ну, нет! Ты меня узнаешь, голубчик! Хватаюсь за концы полотенца, подтягиваюсь к нему ближе, он от меня на дальний край дивана, тащит за собой, как на буксире.

- Ринат! Тебя зовут Ринат! Мама твоя ищет тебя, плачет! Друзья потеряли! Ник всех на уши поднял, всех подключил! А ты! Ты убиваешь себя? Ты решил сбежать? Сбежать от меня? Не убежишь! Ублюдок! Тварь! – говорю я в него, он вцепляется в мои плечи, зрачки испуганно сжимаются, просвет серого, серый – цвет моей надежды. – Ринат! Напиши мне еще письма! Не смей убивать себя! Тебя любят столько людей! Ты их всех предаешь!

Он молчит. Непонятно, узнал меня или нет? Но ручищами сжимает за плечи до хруста, вглядывается в меня до спазма, шевелит разбитыми губами, как будто что-то говорит. И вдруг зло и трезво:

- Мама знает, что все хорошо! А больше никто не любит! Меня нельзя любить!

- Кто тебе это сказал? – ору я в него практически в рот, я загнал его в угол дивана, я почти на нём, я агрессивен, хотя и не обдолбан. Нет времени на церемонии. – Кто тебе это сказал?

Ага! Признал! Додавим! Я вцепляюсь губами в его губы, зубами стучу по зубам, рву до крови, не жалея, не нежничая! Чувствуй меня! Узнавай! Иди за мной! Фара сначала обмяк, но потом, наоборот, напрягся, сжал меня в кольцо, вывернул свое лицо из моих губ, задрал вверх подбородок, я целую в шею, я кусаю в трахею, я грызу кадык и не слышу, а чувствую утробное «м-м-м-м…» в голосовых связках. Его ладони на моих ягодицах, мнут их через лосины. И блин, у него встал? Так быстро? Нет! Я к этому не готов, да и не время сейчас! Я дёрнулся и выгнулся в его руках.

- Фара, нет! - просипел я. Фара оскалился, сверкнул серым льдом и ка-а-ак бросит меня от себя! Трёхочковый! Я валюсь на стол, на котором лежит шприц и тарелка с пресловутыми апельсинами, падаю за стол головой в корзину для мусора, телефон из моих рук скользит к шторе.

- Убирайся! - прохрипел Фара. – Я вылечился!

И тут в коридоре тяжёлые шаги! Я на четвереньках быстро юркнул за штору, схватив упавший телефон. И сразу голос:

- Ну, чемпион, вот и я! Что ты такой взъерошенный? Что не так? Давай дозу счастья…

- Давай! – зло отвечает Фара, а мне хочется кричать, вопить, визжать: «Нет! Не делай этого!» Страшно! Я затих за малиновой шторой, не дышу, не пикаю… Но тут же пикает и заливается громким звоном мой телефон, на опознавалке Ник! Он увидел, что я звонил и решил проверить? Вовремя!

Штора отдергивается, и незнакомый жлоб с пепельно-черным ежиком на голове, с хищным носом и глазами навыкате хватает меня за волосы и рвет вверх. Оу-у-у! Я успел нажать «ответить» на телефоне, черная плиточка самсунга осталась лежать на полу за шторой. Меня толкают от окна.