Поедательницы пирожных

Родион подошел к накрытому столу и уставился на стоящую с краю тарелку с двумя корзиночками. Он точно помнил, что сначала их было четыре, он лично вынимал сладости из упаковочной коробки и укладывал сюда. Сам он к ним не притрагивался. Нателла только пила и ничего не ела. Одно пирожное взяла Лена.

Но сколько их оставалось в тот момент на тарелке, он не заметил.

Родион напрягся, пытаясь в мельчайших подробностях вспомнить все, что происходило в тот момент. Вот она откусывает кусочек своего любимого лакомства, встает, делает несколько шагов — и умирает. Вон там, на полу, валяется недоеденная корзиночка. Теперь Нона. Картина очень похожая — надкусанное и недоеденное пирожное. Другой вопрос — то ли это пирожное, что он привез из Москвы? Вдруг у Ноны, которая последнее время была весьма неравнодушна к сладкому, из-за чего начались даже проблемы с весом, имелись свои запасы? Нет, вряд ли. Корзиночки с кремом — продукт скоропортящийся. Кроме того, арифметика простая. На тарелке не хватает двух корзиночек, и две женщины мертвы. Пардон, но каким образом одна из корзиночек попала в руки Ноны? Если Нателла знала, что в пирожных яд, она должна была предупредить сестру. Выходит, она не знала?

А этот прибор, за которым, услышав о несчастье, произошедшем с сестрой, бросилась Нателла… Кем он был установлен? Ею самой или кем-то еще? Вопросы наседали на него со всех сторон, как воины, которых он не мог сокрушить."

"Если пирожные были отравлены, неизбежно возникали вопросы — кем и с какой целью? И вот тут сама собой напрашивалась версия семейных неурядиц и любовных треугольников — самая благодатная и многообещающая, за нее любой следователь уцепится в первую очередь. Родион вдруг решил, что жену нужно перенести из кладовки на кровать. Сейчас приедут врачи, а она лежит на полу. Но тут же вспомнил, что много раз читал и видел в кино — нельзя ничего трогать до приезда милиции. Осторожно зайдя в кладовку, он еще раз тщательно все обследовал, но ничего нового не обнаружил. С некоторым содроганием Марьянов рассмотрел валяющиеся на полу остатки корзиночки. Она, безусловно, была точно такой же, как и те, что лежали сейчас на столе в гостиной. Никаких следов, указывающих, что Нона привезла свои собственные пирожные, здесь не было. Марьянов задумался. Каким же образом Нона смогла взять злополучную корзиночку так, чтобы никто этого не заметил? Видимо, это случилось, когда он с Нателлой был наверху. Значит, жена или вернулась, или вообще никуда не ездила. Но зачем заперлась в кладовке? Знала ли она, что там установлена аппаратура, или наткнулась на нее совершенно случайно?

Вдруг Марьянов уловил за дверью какое-то шевеление. Затем донесся звук осторожных легких шагов. «Нателла вернулась! — неожиданно обрадовался он.