Радость пирата

— Не отдам! — крикнула Шамиля, попытавшись высвободиться.

— Ты сделаешь то, что тебе говорят! — повысил голос визирь, тряхнув Шамилю так, что она едва не выронила корзину.

— Убери от меня руки, визирь! Ари-паша накажет тебя за то, что ты нанес оскорбление седьмой жене принца!

— Принцу теперь не до тебя, — с ухмылкой ответил визирь, — подумай лучше, как отнесется Ари-паша к тебе, узнав о твоей ревности.

Шамиля прикусила язык. Она все равно не могла ослушаться приказа визиря.

— Но я ни разу не надевала золотой костюм перед принцем, позволь мне приберечь его до трехлетней годовщины нашей свадьбы, — взмолилась Шамиля.

— Может, и наденешь еще, а пока он пригодится для этого случая — новой свадьбы. Как ты думаешь, почему Ари-паша просил тебя взять наряд с собой?

— Не для того, чтобы я отдала его другой! — воскликнула Шамиля, не желая верить в то, что сегодняшнее событие было спланировано давно, еще в те времена, когда она считала, что принц не может и думать ни об одной новой женщине. — Мой муж велел мне взять золотой наряд, потому что не был уверен, что мы вернемся домой ко дню нашей третьей годовщины.

— Верь во что верится, Шамиля, если так тебе легче. Но сердце твое знает правду. В новых покоях невесты стоят сундуки с нарядами, которые принц заказал специально для нее, но он хочет видеть ее в золотом одеянии, о котором ты столько говорила. А теперь делай, что тебе говорят!

Шамиля, глотая злые слезы, отложила корзину и подошла к сундуку, доверху полному нарядов из богатейшего шелка. Она вовсю кляла себя за то, что все-таки взяла с собой золотое платье. Оставлять его во дворце было опасно. Завистливые жены могли пробраться в ее покои и испортить драгоценную вещь. Выходит, что зря она волновалась: самый красивый из ее нарядов так или иначе уплывал от нее. Нащупав рукой пузырек за поясом, она крепко сжала его, решив во что бы то ни стало убрать с пути ненавистную северянку.

Шамиля неохотно сложила в корзину шаровары, лиф из золотой парчи и накидку из тонкого газа и вслед за визирем выскользнула из своего тесного шатра.

Алекс сидела за низким столиком, невидящим взглядом уставившись в зеркало. Позади нее четыре смуглые рабыни болтали на непонятном языке. Две рабыни расчесывали ее волосы какими-то замысловатыми щетками, взбивая и укладывая их так, что они казались особенно пышными и густыми.

Две другие девушки стояли без дела в стороне. Очевидно, они уже сделали положенную им работу и теперь ожидали прихода Шамили.

Александра была как во сне. Прошло уже несколько часов с того момента, как ее привели в эти нарядные покои, а она так ничего и не узнала о Майлзе. Алекс не могла забыть его взгляда, взгляда, которым он пытался сказать ей о своей любви.