Пиранья против воров - 2

Четыре фасонных импортных палатки, где обитали белые люди – сиречь дипломированные «черные археологи», два присланных Гвоздем орелика и троица девиц, выполнявших, как уже стало ясно, совершенно конкретные функции, не имевшие ничего общего с историческими изысканиями. Еще один импортный шатерчик, в отдалении, – там помещался крохотный японский генератор, снабжавший лагерь электричеством без малейшего посредства Чубайса. Палатка спецназовцев, палатка Лаврика с Мазуром, персональное Катино обиталище. Еще два огромных шатра из выцветшего брезента, куда мог свободно въехать ГАЗ-66, – китайская резервация. Левее – заброшенная кошара с провалившейся крышей и выбитыми окошками… И, наконец, главное, вокруг чего все и вертелось. Раскоп.

Узкоглазые гастарбайтеры из южных краев постарались на славу – холм они практически срыли и углубились метра на два пониже уровня тайги (не говорить же об «уровне моря» здесь, посреди Евразии?). Вот-вот должно начаться самое интересное – узкоглазых, так и не понявших ни черта, отправят восвояси, и золотишко начнут со всем возможным тщанием извлекать из земли лишь посвященные. Интересно, здесь и в самом деле таится пара пудов желтого металла? Почему бы и нет, если вспомнить кое-какие недавние находки в этих же местах, – как попавшие в руки государства, так и проплывшие мимо закромов Родины."

"Поселок пребывал в безмятежном покое. Доносившиеся от импортных палаток звуки неопровержимо свидетельствовали, что там безмятежно употребляют спиртные напитки и безотказных девиц – без особого гвалта, впрочем, где-то даже интеллигентно. Что происходило в палатке спецназа, уже известно. Там, где обитали китайцы, тоже имела место отлаженная вечерняя жизнь – как уже подмечено, плыли непривычные ароматы чужестранных приправ и едва слышно доносились экзотические напевы, заунывные и насквозь непонятные. Палатка Лаврика оставалась темной – ничего удивительного, если учитывать, что ее хозяин сейчас занимал позицию на другом конце лагеря. Раскоп чернел почти идеальным прямоугольником, с двух сторон окаймленный столь же идеальными валами вынутой земли, – чертовы китайцы по своему обыкновению и здесь оформили примитивные землеройные работы таким образом, словно участвовали в каком-нибудь международном конкурсе дизайнеров. Выглядела полуразрытая гробница невероятно буднично, духи усопших не шастали вокруг, и мать-природа вопреки иным жутким байкам не протестовала против нарушения векового покоя гробницы чем-нибудь вроде грозы с ливнем. Романтики во всем окружающем не было ни на ломаный грош – и слава богу.