Пиранья. Первый бросок

Вот таскать мешки с золотом на горбу… Ручаться можно, не зря юный Джим Хокинс зарекся искать клады и зажил на берегу благонамеренной жизнью скучного фермера. Еще раз это пережить – нет уж, увольте…

Он приостановился, уцепившись за выступ скалы. Поправив на поясе тяжелую кобуру с подводным пистолетом, посветил вниз. Нет, показалось – это не кусочек светлого металла, а случайная рыбешка, отчего-то неподвижно стоявшая над каменным дном. Мазур легонько шевельнул ластом, и она, опомнившись, рванула у него под ногами к выходу из пещеры. А Мазур медленно двинулся дальше по туннелю.

Метрах в пятидесяти отсюда покоилась кормовая часть фрегата. Все там было в точности, как рассказал Самарин: кто-то прыткий успел вволю похозяйничать много лет назад. Судя по оставленным следам, неизвестный ловкач – или неизвестные ловкачи – ничуть не спешили. Пловцы увидели не результат погрома, а следствие неспешного, методичного обыска. Помещения, по обстановке и размерам больше всего походившие на каюты господ офицеров, обшарили настолько тщательно, что там даже не осталось никаких личных вещей. А ведь должны были быть – кто, спасаясь в шторм с терпящего бедствие корабля, стал бы сносить в лодку многочисленные пожитки джентльменов с туманного Альбиона? Тут шкуру бы спасти… Единственное, что удалось найти, – часы с разбитым стеклом, заросшим известковой коркой циферблатом, судя по цвету и весу – серебряные, да ядовито-зеленую из-за толстой корки окисла статуэтку лошади на квадратной подставке, скорее всего, бронзовое пресс-папье. Их, конечно, хозяйственно прихватили с собой в качестве вещдоков, но ведь обнаружить рассчитывали совсем другое…

Снова остановился, посветил вниз. Не раздумывая, опустился на дно, удержал равновесие на бугристом камне. Присев на корточки, протянул левую руку в луч фонаря и поднял тускло отразившую электрический свет вещичку."

"Подводный компас, никаких сомнений, – тяжелая, массивная вещица. Ремешок, надо полагать, истлел, а это означает, что был изготовлен из кожи или иного естественного материала, не способного долго противостоять разъедающей морской воде. Такие ремешки давным-давно делают из пластика, это сколько ж времени провалялась тут старомодная штуковина? Впрочем, делать выводы преждевременно. Современный ныряльщик, не обремененный лишними деньгами, вполне мог использовать давным-давно списанную экипировку сороковых годов. В этом случае компас лежит тут года два-три… нет, все же гораздо дольше. Чересчур толстый слой известковых частичек и мшанок. Стекло разбито, торчат толстые зубчатые осколочки по всей окружности. Стекло, а не опять-таки ударопрочный надежный пластик.