Пиранья

Шагая чуть сбоку от невеликой колонны, он присмотрелся к вверенному его заботам подразделению. Пошатывались, конечно, исходили потом – но не заметно пока, чтобы кто-то готовился рухнуть в обморок. Даже пленник шагал бравенько – вряд ли ему хотелось протянуть ноги в этом аду, он был из тех, кто за жизнь цепляется зубами и когтями, это уже ясно…

В конце концов Мазур наметанным взглядом обнаружил-таки слабое звено – в лице Вундеркинда. Молодой ас тайной войны скорее сдох бы, чем в том признался, но Мазур видел, что тот находится на пределе. Он был здоровым, спортивным парнем, но вряд ли проходил регулярную спецназовскую подготовку, как остальные шестеро – и сейчас это сказывалось. Дух, конечно, пытался господствовать над бренным телом. Вундеркинд, ожесточенно закусив губу, изо всех сил пытался переставлять ноги, как нерассуждающий автомат. Но опытный Мазур начинал все больше тревожиться за слабое звено. В случае простого обморока вытащат, как миленького – ну, а вдруг с кабинетным деятелем приключится что похуже! Лымарь уже дважды совал Вундеркинду соответствующие пилюли, повинуясь едва заметным жестам Мазура. Первый раз Вундеркинд пытался ерепениться, – но доктор в силу профессии был непреклонен, и вторично все прошло глаже."

"И тем не менее… Мазур ускорил шаг, насколько это было возможно, поравнялся с Лымарем, вопросительно показал глазами на Вундеркинда. Эскулап ответил тревожным взглядом, с сомнением покачал головой.

Мазур лихорадочно искал приемлемый выход. Приободрился, увидев впереди кучку выветрившихся скал, напоминавших пучок изъеденных голодными мышами свечей. От них падала тень, достаточная, чтобы разместиться всем.

Он свистнул – получилось, несмотря на пересохшее горло, – и указал в ту сторону, недвусмысленно приказывая устроить привал. От членораздельной речи старательно воздерживались, учитывая любопытство пленника.

Люди повернули в ту сторону – судя по движениям, с превеликой охотой. Только Вундеркинд остался, ждал, пока Мазур с ним поравняется. Дождавшись, убедился, что они достаточно далеко от группы, свистящим, песчаным шепотом выдавил:

– Не время останавливаться, нужно идти…

Взгляд его пылал фанатическим блеском – крайняя стадия служебного рвения – но вот пошатывало молодого таланта довольно явственно.

– Нас что, поджимают сроки? – тихонько спросил Мазур. – Вы же сами говорили, что связной будет ждать от утра и до обеда, с запасом времени на неожиданности… Судя по карте, мы вполне успеваем.

– Все равно, лучше подальше убраться из этих чертовых мест.