Пиранья

Умом он понимал, что все правильно, таковы уж правила тайных войн, военно-разведывательных игр, – но не умом единым жив офицер…

Хорошо еще, соизволили с самого начала сообщить, где им предстоит работать, – в Джаббати. Бывший итальянский протекторат, когда-то отобранный французами у итальянцев, а до того отторгнутый итальянцами от Могадашо (каковое все еще не оставило надежд вернуть утраченные территории). Крохотная страна, юридически суверенная, с французской военно-морской базой, с американским присутствием, кое-как перебивавшаяся с хлеба на квас торговлей кофе и туризмом.

Следовало признать, что подготовили их хорошо – впрочем, как обычно. Неделю вбивали в головы полный расклад ситуации, не особенно и сложный по сравнению с другими уголками планеты.

На Африканском роге вспыхнула и разгорелась очередная войнушка, но в данном случае сюрреализма ей добавляло то, что оба участника, и Могадашо, и Аддас-Абабба, были давними клиентами СССР – и сейчас палили друг в друга из советских орудий, посылали друг на друга советские танки с вооруженной «калашами» пехотой. И, как легко догадаться, обе державы приставали с ножом к горлу к вершителям судеб из Кремля, назойливо и нудно требуя от Старшего Брата определиться наконец, выбрать одну из сторон в настоящие друзья, а другую, соответственно, определить в заклятые враги. Беда в том, что для больших геополитических игр Москве позарез требовались обе страны.

Самая настоящая война. Да вдобавок места эти кишели шаставшими туда-сюда через три границы партизанами, повстанцами и диверсантами – одних засылал к противнику Могадашо, других, соответственно, Аддас-Абабба, третьи хотели отторгнуть от помянутой Аддас-Абаббы северные провинции и провозгласить там великую державу, четвертые, наоборот, стремились присоединить Джаббати к Могадашо, пятые на иранские денежки пытались усилить иранское влияние, шестые стремились к тому же касательно Саудовской Аравии, еще три группировки воевали друг с другом и со всеми прочими. Посреди всего этого безобразия, уворачиваясь от всех конфликтующих сторон, сновали контрабандисты, озабоченные лишь примитивной выгодой, да тенями проскальзывали разведчики доброй дюжины прилегающих и отдаленных держав. И все до единого были для группы Мазура исключительно досадной помехой, а то и опасностью, требовавшей немедленной ликвидации.

Будь он помоложе, служи он поменьше, непременно пытался бы гадать и просчитывать, что ему предстоит делать.

Но сейчас, во всеоружии жизненного опыта, даже не пытался ничего вычислять – когда надо будет, узнает.