Пиранья

Одним словом, отец меня смог выучить не в самой худшей, но и не самой лучшей школе, а вот на университет его уже не хватило бы. Пришлось, как многим, надевать погоны, для людей вроде меня это единственный способ хоть как-то выйти в люди, — он печально вздохнул: — После пары удачных операций полковник Лавута стал меня самую чуточку отмечать, появились кое-какие шансы, но теперь…

Он печально покосился на занавеску: конечно, хотелось еще глотнуть, но согласно той же субординации лейтенант не имеет права предлагать выпивку полковнику, пусть и из другого ведомства.

— Ладно уж, — усмехнулся Мазур. — Доставайте бутылку, мне тоже не помешает стаканчик. Разрешаю. В случае чего — это я принес бутылку, что субординации ничуть не противоречит, наоборот, не можете не выпить, коли уж полковник угощает…

Не особенно и жеманясь, Бернадотт извлек бутылку не самого скверного джина, стаканчик синего стекла, достал из сейфа второй для Мазура. Виновато улыбнулся:

— Вот льда у меня нет, не дорос по должности до холодильника в кабинете…

— Пустяки, — сказал Мазур, принимая стаканчик. — Русского офицера отсутствием льда не запугаешь, как, впрочем, я вижу, и вас… Ваше здоровье! Так вот, Бернадотт… Нельзя исключать, что в моем лице к вам явилась мадемуазель Фортуна или Дядюшка Нгобо (он и это знал — аналог местного Деда-Мороза, ночью оставлявшего подарки хорошим детям, а плохих дергавшего за волосы, правда, появлялся он не под Новый год, а в День Большого Лунного Бегемота, который праздновали открыто язычники и втихомолку — католики из местных). Кого я представляю, нет нужды объяснять?..

— Конечно, — сказал Бернадотт.

Лицо его озарилось яростной надеждой на Фортуну — или Дядюшку Нгобо, тут уж никакой разницы.

— Неплохо было бы получить протекцию известной вам особы, а? — спросил Мазур. — Лучшего для карьеры и желать не стоит… Один маленький нюанс. Жизнь — штука жесткая, и никто не станет вам протежировать только оттого, что вы молоды, смышлены и честолюбивы. Всегда нужно что-то сделать, чтобы стать полезным…

— Чем я могу быть для вас полезным? — тихо спросил Бернадотт."

"— Это мы сейчас и выясним, дело нехитрое, — сказал Мазур. — Тут уж как в картах — либо вам повезет, либо нет… Лейтенант, вы работаете исключительно по линии военной контрразведки, значит, у вас должны быть осведомители, там и сям. Боже упаси, я не буду вас уговаривать нарушить служебную тайну, спрашивать, кто они и где сидят. Я просто хочу знать — они есть?

— Разумеется, — без особых колебаний кинул Бернадотт. — Должность такая, пусть и не высокая…

— Уже лучше, — сказал Мазур. — Теперь главное.